– проходит к окну, вглядывается вдаль: - Из вашего окна, вы его можете хорошо увидеть. В этой стороне «Комсомольская площадь», три железнодорожных вокзала: Казанский, Ленинградский и Ярославский. Обычно, где-то там ставят установку, с которой производят залпы. Саша, хочешь посмотреть?
Обрадовавшись, вскрикнул:
- Хочу! Никогда не видел салют.
Он по-хозяйски осматривается.
- Нужно развернуть кровать и подвинуть ее ближе к окну. Вечером капельница будет?
- Дядя Вася - утром откапали. Хватит!
- Ну и славно! Сделаем перестановку в палате.
- откатывает в угол отсос, переставляет стулья и тумбочку: - Феня, помогай. – мама убирает каркас. Вместе со мной крутится кровать. Наконец смотрю в окно. Короткий осенний день заканчивается – темнеет…
Свет выключен – в палате и за окном темно. Ждем вдвоем – мама облокотившись на подоконник, я в постели с приподнятым подголовником.
Московское время - двадцать два часа. Неожиданно небо озарилось разноцветными огненными шарами, затем донесся глухой звук залпа.
- Ух ты, как красиво! – освобождая просвет окна, мама отходит в сторону.
Медленно опускаются на землю первые догорающие огни салюта, а навстречу им взлетают новые, и высоко-высоко взрываются, разлетаясь на мелкие цветные осколки. На фоне черного неба огромный букет искрящихся цветов.
Не терпеливо прошу:
- Мам, приподними! – она накрывает живот пеленкой и поднимает подголовник до последнего упора. Смотрю на праздник страны, практически сидя – восторгу нет предела. Небо озаряют новые залпы салюта, казалось им не будет конца.
Но все затихло также неожиданно, как и началось.
Мама включила свет.
- Понравилось сынок?
- Скажешь тоже. В Саранске, такого салюта с роду не видел.
У мамы моего восторга нет.
- Пока сыночек, Москва нам ничего не дала, кроме этого салюта. Давай спать. Бог даст все будет хорошо…
17 ноября 1969 год.
Состояние улучшилось.Скрытое взаимное напряжение между мамой и врачами улеглось. Татьяна Александровна во время посещения вновь мило «щебечет» и Александр Анатольевич глаза не прячет – обещает все поправить при следующей операции, когда позволит мой ослабевший организм.
Утро. Вошла Татьяна Александровна, поздоровавшись говорит:
- Тетя Феня, сейчас в палату привезут крайне тяжелого больного. Надо подготовить для него постель. – выходит.
Мама собирает в охапку наволочку, пододеяльник, простыню с кровати, на которой все дни отдыхала. Быстро выбегает. Через минуту возвращается с чистым выглаженным бельем и аккуратно застилает свою кровать.
