- Сашуля, что за причуды? Тамара Николаевна, вместе с Александром Анатольевичем, разрабатывают план предстоящей тебе операции – не сопротивляйся!
Сдаюсь - ложусь на кровать.
- Тамара Николаевна! Сделайте снимки только без моего лица.
Она примирительно:
- Мне ни лицо, а твой кишечник интересен.
Фотограф налаживает подсветку. Снимаю с живота пеленку - лицо закрываю ладонями. Звучат многочисленные щелчки фотоаппарата…
Во время тихого часа вновь зашла Татьяна Александровна.
- Наш «бунтовщик» успокоился?
Мама подставляет ей стул.
- Успокоился.
Отвожу в сторону взгляд.
- С таким животом «светиться», никому не захочется.
- Саша, тебе же Тамара Николаевна, объяснила. Когда ушьют свищи и закроют дефект передней брюшной стенки, понадобятся слайды для сравнения. Может мне не надо говорить, но ты должен знать. Операция предстоит очень серьезная, можно сказать – уникальная, с непредсказуемым финалом. Любая помощь, со стороны сотрудников института - бесценна. Твоя задача, выполнять все наши рекомендации. Хорошо?
- Хорошо, Татьяна Александровна, понял Вас.
- Молодец, что понимаешь. Тебе повезло попасть именно в наше отделение. Александр Анатольевич, не боится рисковать. Во время войны, он - молодым хирургом, оперировал солдат с крайне сложными ранениями, а их было сотни. Затем, в нашем институте он ассистировал крупнейшему хирургу современности - Сергею Сергеевичу Юдину. После смерти Сергея Сергеевича, Александр Анатольевич является лучшим хирургом нашего лечебного учреждения.
Она поворачивается к рядом стоящей маме:
- Поверьте, случай вашего сына, особенный, ничего подобного, в институте им.
Склифосовского не было.
Шевеля одними губами, мама чуть слышно говорит:
- В Саранске сказали, нам помочь невозможно. Никто и нигде. Кроме вас - надеяться не на кого."
"-Не переживайте, Александр Анатольевич, если берется за что-то, то рассчитывает только на победу. Уверена, у Саши, все сложится удачно – смотрит на меня. – Озадачила тебя, Сашуля?
- Нет. Сам знаю, что вылечусь…
28 сентября 1969 год.
Воскресенье. У врачей выходной - никто не беспокоит. Мне захотелось сала, и мама пошла в магазин. Появилась возможность, прогуляться по территории института. Беспрепятственно покидаю отделение, спускаюсь по лестнице и выхожу во двор.
Прохладный осенний ветерок, задувает за нательную больничную рубашку. Приподняв воротник, сжимаю горловину пижамы. Справа от нашего корпуса находится одноэтажное барачного типа, с маленькими окнами здание внешне похожее на склад.
