История Джона, омеги, чья любовь нашлась не сразу (СИ)

И пускай он всё понимал, но не собирался облегчать альфе жизнь, говоря все за него. Хотелось украсть у судьбы хотя бы еще полчаса.

Удобно устроившись среди подушек, он терпеливо ждал, когда Анхель будет его кормить. Кожа под пластырем ужасно чесалась. Поэтому Джон не выдержал и сорвал этот кусочек липкой ткани с картинками. Стало не легче. Зуд был нестерпимым, хотелось расчесать это место до крови. Джон сопротивлялся этому желанию так долго, как мог, но потом все же не выдержал и принялся скрести кожу ногтями.

— Что ты делаешь?! — Анхель чуть ли не бросил поднос с завтраком на кровать.

 — И так ужасно получилось, а ты еще и расчешешь!

— Что получилось? — не понял Джон.

— Метка, — покаянно признался парень. — Я поставил тебе метку. Хоть убей, не помню, как я это сделал. Я такой идиот! Надо было сначала спросить! И потренироваться! А вышло криво, и вообще уродство. Прости меня?

Он боднул Джона головой в плечо, так и не выпустив его рук из своих.

Метка. Джон сидел как оглушенный. Слишком много всего. Конечно, это метка.

Поэтому и чешется так нестерпимо, его тело привыкает к знаку альфы. Подстраивается, меняет запах. Анхель сказал, что получилось ужасно. Джон с детства знал, что омеги хвастаются друг перед другом своими метками: у кого ровнее, у кого симметричнее, у кого красивее. Джон тоже когда-то мечтал о самой привлекательной метке, которую было бы не стыдно показать, и заслужить восхищенные и завистливые взгляды. Но сейчас его волновало совсем иное.

— Жалеешь? — спросил он у притихшего Анхеля.

— Конечно, — тут же откликнулся парень, не поднимая головы, — у тебя должна была быть самая красивая метка, самая лучшая. А я все испортил. Еще и без спроса. Прости меня. Хочешь свести? Пока она еще не устоялась — это займет не так много времени.

Джон покачал головой, все еще не веря своим ушам.

— Ты хочешь, чтобы я оставил? — удивился он.

— Конечно! Хочу, чтобы ты носил мой запах! — пылко заявил парень. — Чтобы все знали, что ты мой!

— Тогда я оставлю, — улыбнулся Джон, — только дай зеркало, хочу посмотреть.

— Она ужасная, — предупредил Анхель, вставая с постели, — я потом тоже себе сделаю, твоей кровью. Точно такую, чтобы тебе было не обидно одному с таким уродством ходить."

"Джон взял в руки протянутое небольшое зеркальце. Метка и правда была, мягко говоря, некрасивой. Больше всего она напоминала очертаниями раздавленную лягушку. Цвет пока что был почти красным, но со временем она должна была окончательно “усесться” и стать бледно-оранжевой.