История Гиены. Хроника подлинного расследования. Книга 3

Прежде всего, местом преступления явился дуплекс, т.е. одна из двух квартир в отдельно стоящем доме, что следовало признать явно нехарактерным для насильника из восточного Сакраменто. Внимательный читатель наверняка припомнит, что лишь однажды Гиена нападал на пару в дуплексе (речь идёт об эпизоде №24, имевшем место в ночь на 1 октября 1977 г. в Сакраменто) и этот эпизод породил серьёзные сомнения в том, что преступником действительно был насильник из восточного Сакраменто, а не его подражатель. Другим серьёзным доводом можно считать отсутствие у напавшего на Мэри Салинас фонаря и пистолета.

Он зажёг свет в комнатах первого этажа, чего Гиена никогда не делал. Если он нуждался в свете, то включал без звука телевизор. Преступник накрыл жертву с головой одеялом, что также следовало признать нехарактерной для насильника из восточного Сакраменто деталью.

Соображений такого рода довольно много — читатель в качестве разминки для ума сам может поупражняться в сравнительном анализе — и на этом основании предположение о действиях преступника-имитатора довольно популярно.

Однако, на самом деле к конспирологии такого рода следует относиться скептически. Не следует забывать, что Мэри Салинас несколько раз очень дотошно допрашивалась детективами, знакомыми с мельчайшими деталями расследования. Можно сказать, что эти люди знали всю изнанку следствия, весь тот материал, все те детали, что не никогда разглашались. Они задавали десятки вопросов о мельчайших деталях преступления и уж коли единодушно согласились с тем, что в доме Салинас появился именно насильник из восточного Сакраменто, то это суждение представляется более обоснованным, чем мнение любого, пусть даже самого компетентного, но постороннего человека.

Поэтому, по мнению автора, сомневаться в том, что в ночь на 20 марта 1979 г Гиена прервал свою очередную 3-месячную паузу, вряд ли следует.

Группа «Западня», значительно подсократившаяся с того времени, как преступник переместился в округ Контра-Коста (т.е. с осени 1978 г), лихорадочно принялась за проверку многочисленных подозреваемых, первый список которых появился ещё двумя годами ранее.

С тех пор он только разрастался. В этот список было легко попасть, но сложно из него выбыть (подозреваемые обычно удалялись из списка по причине смерти, отъезда на постоянное проживание за пределы штата, заключение в тюрьму на длительный срок и т.п.). Требовалось установить alibi каждого, а счёт таковых шёл на многие десятки, а потом и сотни.