Онлайн-библиотека книг
Она рыдала, пока не почувствовала, что не может быть, чтобы у нее могли еще оставаться невыплаканные слезы, и зарыдала еще сильнее.
Дверь, ведущая из спальни в холл, не была плотно прикрыта, и в щелочку заглянула Берта, затем быстро закрыла ее. Повернувшись к Бентнеру, который пошел посоветоваться с ней, когда у него перед лицом Ян захлопнул дверь и обратил свое недовольство на Элизабет, горничная огорченно сказала:
– Она плачет так, как будто у нее разорвется сердце, но его уже там нет.
– Его следует расстрелять! – сказал Бентнер с гневным презрением.
Берта робко кивнула и плотнее завернулась в халат,
– Он – страшный человек, поверьте мне, мистер Бентнер,
Глава 33
Когда во вторник вечером Элизабет не приехала в городской дом на Аппер-Брук-стрит, все дурные предчувствия, которые Ян пытался заглушить, охватили его с удвоенной силой. В одиннадцать часов вечера он отправил двух лакеев в Хейвенхерст узнать, не известно ли там, где она, и еще двух в Монтмейн, посмотреть, нет ли ее там.
На следующее утро в десять тридцать ему сообщили, что слуги в Хейвенхерсте думали, будто пять дней назад молодая хозяйка уехала в Монтмейн, в то время как его слуги полагали, что все это время она была в Хейвенхерсте. Элизабет исчезла пять дней назад, и никому не пришло в голову поднять тревогу.
В тот же день и час Ян встретился с начальником полиции на Боу-стрит, и к четырем часам нанял сотню частных сыщиков для ее поисков. Он мало что мог им сказать. Все, кому-либо точно известное о ней, заключалось в том, что Элизабет исчезла из Хейвенхерста, где ее последний раз видели с ним в ту ночь; и что она, как видно, с собой ничего не взяла, за исключением одежды, которая была на ней, и никто еще не знал, как она была одета.
Было еще одно обстоятельство, известное Яну, который пока не собирался говорить о нем без абсолютной необходимости; оно было единственной причиной, почему он делал все, чтобы держать ее исчезновение в секрете. Ян знал, что в последнюю ночь, когда она была с ним, его жена была чем-то, или кем-то страшно напугана.
Не имея иного мотива, кроме шантажа, ни один преступник не был бы настолько безумным, чтобы похитить маркизу и этим поставить на ноги всю английскую систему правосудия.
