История Мадлен

Вот там я и решила переждать пик ливня – дождь усиливался и мне казалось, что скоро хлынет по-настоящему.

Простояла я там не слишком долго. К воротам подъехала груженая чем-то телега. Груз был тщательно прикрыт от дождя огромным «покрывалом» из плотной ткани, а сверху еще – разномастными кусками кожи. Из домика привратника выскочили двое – мужчина с совершенно седой головой, в темно-зеленой ливрее и кожаной шляпе и пожилая женщина, придерживающая над собой кожаный плащ, как защиту от дождя. Ворота отворили, они заметили меня в нише и о чем-то перемолвились.

Мужчина пошел вслед за телегой, а женщина, закрыв уже одну створку, заколебалась и, наконец обратилась ко мне:

— Мамзель, может быть зайдете переждать дождь к нам?

Предложение я приняла быстро и с благодарностью – изображать «украшение» в нише было не слишком приятно и довольно зябко. Женщина слегка потеснилась под плащом, отдав мне половину и, придерживая его с двух сторон, мы добежали до домика.

Внутри было прелесть, как хорошо! Пылал камин, тепло и чуть сумрачно.

У камина расположились два низких удобных креслица с кучей подушек каждое. Между ними – что-то вроде кофейного столика или высокого табурета на трех ножках, в одном из кресел лежит неоконченный полосатый чулок на спицах и пара клубков.

— Присаживайтесь, мамзель, я сейчас вас сделаю горячий отвар. Меня, кстати, зовут Барбара.

— Мадмуазель Мадлен де Вивьер – представилась я. О том, что я по совместительству, являюсь баронессой, я благоразумно умолчала, дабы не смущать хозяйку.

В документах, которые мне переслал нотариус, я выяснила, что я баронесса, как и сестрица Бернардет, но фамилии у нас разные. Очевидно, Бернардет де Готье была племянницей тетки по мужу. А я – по сестре. Сложно сказать, почему баронесса так невзлюбила мою мать, а потом и меня, но уже то, что мы с Бернардет не родные сестры – меня радовало.

Пока Барбара хлопотала, подвешивая на большой крюк над огнем в камине черный от копоти котелок, я с любопытством оглядывала убранство. Домик был не больше моего, но не делился пополам на крошечные комнатки, а представлял собой единое пространство.

Большой кухонный стол у стены, добросовестно выскобленный и довольно чистый, несколько открытых полок с посудой, три сундука разного размера и высокая кровать с подушками – это и есть вся мебель, которая поместилась у них. Ну, не считая двух кресел, в одном из которых я сидела и пары табуреток под столом. А хозяйка все это время болтала, не закрывая рот.