Он отозвался о ней с насмешкой, а потом подчеркнуто осуждающим тоном зачитал вслух некоторые достаточно откровенные пассажи. Я покраснела, но вместо развернутого ответа пробормотала только пару банальностей и уткнулась взглядом в стол.
Профессор-критик ободряюще мне улыбнулся, ожидая, что сейчас я скажу что-нибудь еще, не дождался и довольно сухо обратился к залу:
– Еще вопросы?
В заднем ряду поднялась рука.
– Прошу вас.
Встал высокий молодой человек с длинными лохматыми волосами и густой черной бородой. Он камня на камне не оставил от выступления предыдущего оратора, а заодно пустил пару критических стрел в адрес симпатичного профессора, сидевшего рядом со мной.
Мы живем в чудовищно провинциальной стране, возмущался он, вечно на все жалуемся, но никто не желает и палец о палец ударить, чтобы изменить ситуацию к лучшему.
Затем он начал расхваливать мою повесть, настаивая на ее модернизаторской ценности. Я узнала его скорее по голосу, чем в лицо. Это был Нино Сарраторе.
конец второй книги"
