История одной переписки

Раздражение и боль нужно чередовать, иначе то или другое сведет тебя с ума. Конечно, если не можешь избавиться от них. Я — не могу.

Новосибирск — плюс десять, кратковременные дожди. Она любит осень и дожди. В ней столько солнца, что дожди ей к лицу.

К фоткам на ее аккаунте нет доступа. Только Аватарка. Но я могу легко посмотреть их на странице ее мужа. Он не так принципиален в этом вопросе. Стараюсь этого не делать. Там — семья. Она, он и маленькая девочка с ее глазами. На всех. И она так счастлива на них, будто меня не существует.

Но ведь я существую. Существую — это очень подходящее слово. Она живет, а я существую.

Смотрю на ее мужа. Неужели он идеален? Перфекционизм мы делили с ней на двоих. Открытый позитивный тип — примерный семьянин. Все фотки с женой или с ребенком. Всё дело в ребенке? Может быть… Мне несимпатичен ее муж. Я необъективен.

Мои пальцы ищут номер в телефонной книге.

Этого делать не надо. Я ничего не найду там, уверен. Не могу вообразить мужчину, что променял бы ее на другую. Его глаза на фото тоже счастливые.

В них то, что должно быть в моих. Не надо этого делать. Но я буду. Раздражение надо чередовать с болью.

— Бруно? Это Олег. Добрый вечер. Ты можешь мне вскрыть социальные сети одного типа из России?..

Олег (Неаполь) — 40 лет

Женечка (Новосибирск) — 28 лет

Глава 2 — Кое-что

Просыпаюсь резко и сразу встаю. Каждое утро сердце колотится, как после инъекции адреналином. Нет, кошмары больше не снятся. Сон под утро начинается одинаково: чувствую ее губы. Они трутся о мои и растягиваются в улыбке, белые зубы игриво впиваются в мою губу.

Это больно. Горячий язык… Это приятно. И тихий нетерпеливый стон, со срывающейся в конце нотой. Внутри меня короткое замыкание.

Дальше смотреть нельзя. Секса не будет. Распахиваю глаза. Прокручиваю все еще раз. Эмоции стихают. Холодный душ смывает остатки, но ощущение поцелуя остается еще некоторое время.

Этот момент существует независимо от моего желания. Стереть не получается. Перепробовал все разумные извраты, но ничего не дает такого погружения в чувственность, как он.

Продлить — не получается тоже. Если не уловить его окончание, то дальше все будет плохо. Это плохо каждый раз убеждает не трогать ее и держать обещание. Не помню что там. Но ощущение, с которым просыпаюсь выносит меня напрочь. С трудом подавляю желание начать такое утро с бутылки виски. Это тоже пройденный этап. Весь день летит к черту, а вечером все равно виски, чтобы уснуть. Стакан. Иногда два. Стараюсь контролировать это.