Более того, пройдет много времени, прежде чем британцы наверху успокоятся. А пока что лодка медленно плыла под водой на электромоторах. Моряки заставили кока приготовить яичницу и чипсы, самую любимую еду моряков всего мира.
Глава 11
«МНЕ ПЛЕВАТЬ!»
Во время еды акустик Хебештрайт сообщил о приближающихся звуках эсминца. Обнаружит ли он лодку? «U-69» все еще оставалась прямо под конвоем. Мы понимали, что врагу будет очень сложно различить звук двигателя субмарины среди шума, производимого таким количеством работающих гребных винтов.
Но британские операторы гидролокаторов были старыми и опытными участниками игры. И едва мы услышали звук гребных винтов эсминца, как наверху начался настоящий шабаш ведьм, и почти рядом с лодкой прозвучали взрывы глубинных бомб — первый удар… второй… третий…
Первый залп был хорошо нацелен. Лодка прыгала туда-сюда, как сумасшедший бычок. Все звенело и трещало. Отовсюду раздавались крики ужаса. Кто-то из моряков решил, что водонепроницаемая переборка не выдержит и сейчас придет их последний час.
— Всем замолчать! — прокричал я."
"Люди повиновались автоматически. Никто не шевелился, все молчали, потому что знали, малейший шум может быть услышан британцами.
Моральный эффект бомбежки был необычайно силен, в особенности все это подействовало на молодых членов экипажа, которые впервые в жизни встретились с настоящими глубинными бомбами. Оглушающий треск и грохот доносился отовсюду: на некотором отдалении и совсем рядом с субмариной, над и под лодкой.
Старший механик и я знали, на какую глубину обычно установлены британские бомбы. При каждом взрыве механик старался сохранить прежнюю глубину до того момента, пока в перерыве между двумя атаками не сумел опустить лодку несколько глубже. Но в любой момент следующая направленная бомба могла попасть в цель.
Лица людей вытянулись. Некоторые моряки втягивали голову в плечи, когда взрывы казались особенно близкими.
Впечатление того, что живой сидишь в гробу и ждешь, когда сокрушительный удар закроет крышку навсегда, стало в конце концов невыносимым. Стояла мертвая тишина. Люди сняли ботинки, чтобы не производить ни малейшего шума. Они дисциплинированно ждали, когда адский грохот снаружи закончится. Но он не прекращался. Эсминец упорно продолжал сбрасывать бомбу за бомбой, но мы в это время уже достигли безопасной глубины.
