С криками радости и облегчения люди под палубами сорвали с себя серые морские кители, и, разумеется, тут же, даже раньше, чем свободные от вахты моряки, отправились на вполне заслуженный отдых, заиграл неизменный «Дядя Эдуард». К сожалению, у нас не было возможности отпраздновать это дело за торжественной трапезой из-за весьма стесненных обстоятельств. Даже наоборот, пришлось отправить за борт еще несколько консервных банок, испортившихся в этот день. Но на это никто не обратил особого внимания. По какой-то неизвестной причине людям вполне хватило кофе и черного хлеба на завтрак.
Никто не роптал.
Глава 24
«ПРЕКРАСНАЯ РАБОТА, СТАРЫЙ ВОИН»
В течение нескольких дней в Такоради появятся первые жертвы установленных нами мин. Как можно было сбить врага с толку, не дать ему понять, что в портах на самом деле находились мины?
«Довольно просто, — подумал я. — Нужно совершить третий набег на порт, расположенный достаточно близко к двум другим, и торпедировать там судно. Тогда противник примет взрывы мин за торпедные атаки и не станет использовать тральщики.
Это же так просто!»
И «U-69» вернулась немного на запад, чтобы атаковать открытый портовый город Акра, лежащий между двумя заминированными бухтами. Основываясь на опыте, полученном в мирное время, я предполагал, что обнаружу там несколько целей.
Теперь на лодке царило приподнятое настроение, команда была очень довольна собой и своим кораблем. Люди отдыхали. Одни сидели в «зимнем саду», глядя на воду, другие стояли или сидели около боевой рубки прямо на палубе и болтали ногами в прохладной воде.
Добрая старая «Смеющаяся корова» резала мягкие волны, направляясь к новой цели. Наше задание было выполнено, и теперь я должен был сам принимать решения."
"Чтобы отпраздновать этот день, я выкурил последние сухие сигары. Я хранил их очень тщательно, аккуратно завернув в толстую промасленную бумагу.
Внезапно идиллия была прервана тревожными новостями. Старшина, обладавший некоторыми медицинскими знаниями и исполнявший роль медика на борту, сообщил, что у матроса Паленгоа приступ острого аппендицита.
Больной человек на борту — это всегда серьезно, возможно, ему потребуется срочная операция, а у нас нет врача… И что делать? Следующий нейтральный порт находится довольно далеко. Я спустился вниз, чтобы навестить больного в носовом торпедном отсеке. Паленгоа, один из моих лучших наблюдателей на мостике, лежал на койке и выглядел при этом очень недовольным собой.
