История «Солнечного Ветра»

 — У этих девочек прежде не было главного — любви. К ним относились как к игрушкам, и никто не видел в них людей. Поэтому они такие… пугливые. Но сказал Господь: «Более же всего облекитесь в любовь, которая есть совокупность совершенства» — и значит, любовь непременно изменит их, и ответят они нам такой же любовью, из которой проистекают и прилежание, и преданность, и ответственность…

— О да, Камилла, ты права, — произнесла Нина Максимовна. — И я постараюсь относиться с ним так, чтобы они чувствовали мою любовь.

Знаешь, я прежде не особо задумывалась о подобных вещах. А вот теперь понимаю, что и мне нужно было пережить все это — получить шанс на новую жизнь и встретиться с этими девочками… Узнать тебя и твою семью… Я за это время поняла больше, чем за всю свою жизнь! Спасибо тебе.

Глаза её вновь блеснули — и это был момент особенной близости между этими двумя женщинами, которые были нужны друг другу. Их сближало и общее дело, и некое духовное родство, несмотря на всю их разность.

14 мая 1976 года, 12:35 мск, Пуцкий залив, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

С того момента, когда я тут беседовал с генералом Брэдли, прошло пять дней, а президент Эйзенхауэр все не никак не решался бросить карты, тянул в надежде непонятно на что.

И вот вчера свершилось. Пятнадцатого апреля пятьдесят третьего года, ровно через полмесяца после начала войны, подвижные соединения Центрального и Приальпийского фронтов встретились в районе города Мангейм, замыкая кольцо окружения вокруг группы американских войск в Западной Германии.

И как только это произошло, поражение превратилось в катастрофу, подобную поражению советского Западного фронта после того, как в ходе операции «Барбаросса» под Минском сошлись клещи германских панцергрупп. И Эйзенхауэр, и Брэдли понимали неизбежность такого исхода, но из политических соображений не решались отдать приказ о капитуляции. И без того в Вашингтоне стало… неспокойно.

Речи о том что Акела промахнулся, произносятся вполне открыто. В самом соку сейчас лютый ненавистник всего «левого», «красного» и «советского» — сенатор Маккарти, в спину которому на подходе к пику своей политической популярности дышит ещё один осатанелый антисоветчик, тоже сенатор, Барри Голдуотер.