Истребитель. Ас из будущего

Шли над Норвежским морем. Самого моря видно не было, его закрывала низкая облачность.

Через четыре часа полета в разрывах облаков слева показался еще один остров. Штурман доложил по СПУ:

– Ян-Майен, уже норвежская земля. Курс девяносто.

А чего на компас смотреть, когда ведущий виден? Он и так стал ложиться на новый курс, как и было обозначено карандашом на карте. Третья часть пути уже позади. Если все сложится хорошо, на траверзе мыса Нордкин снова изменят курс.

Погода продолжала ухудшаться, и через четыре часа полета на траверзе Тромсе лег густой туман.

Для летчика, летящего в группе, – самое плохое, что может преподнести природа.

Тихон старался выдерживать курс и высоту по приборам. Самолета командира группы, как и самолетов, идущих позади, не видно, и это грозило столкновением. И как долго будет тянуться полоса тумана, неизвестно.

Через какое-то время в опасной близости слева промелькнул самолет, который должен был лететь за Тихоном – такую ситуацию обговаривали вчера. Каждый пилот должен действовать самостоятельно.

Большая часть пути уже позади, надо дотянуть. Будет обидно столкнуться, потерпеть катастрофу, когда родная земля в трех часах полета.

И Тихон принял решение – добираться самостоятельно. Он снизил высоту на шестьсот метров.

– Полагаю, на траверзе мыса Нордкап.

– Прокладывай курс на Мурманск напрямую.

– Через Норвегию? – удивился штурман.

– Анатолий, ты оглох?

Тихон полагал, и вполне разумно, что, если идти на такой высоте, туман будет и дальше, и если немцы засекут его звукоулавливателями, то ни зенитки сбить не смогут, ни истребители найти в таком густом тумане.

Через несколько минут штурман дал новый курс.

Тихон плавно, «блинчиком», довернул самолет вправо. До чего же послушен «Номад»! Одно удовольствие управлять!

По расчетам штурмана, до Мурманска еще триста пятьдесят километров полета, это полтора часа.

Тихона беспокоило другое: сейчас туман – союзник, он укрывает их от врагов. Но при подходе к конечной точке маршрута он может превратиться во врага – как он, Тихон, увидит бухту? Ну хоть бы небольшой разрыв, прогал в тумане, чтобы точнее определиться на местности.

Сейчас, после изменения курса, они идут над сушей, где-то в районе между Вейнесом и Ифьордом, если штурман ничего не напутал. Тихон привык полагаться в полетах только на себя, с таким большим экипажем он еще не летал. А от штурмана сейчас зависит все – и удачный выход к Губе Грязной, и жизнь экипажа. Только вот опыта полетов у Тихона с ним нет.