Истребитель. Ас из будущего

Тем более бомб нет, бомбить не предполагалось, а значит – бомбовый прицел не нужен.

Этим курсом они шли два часа.

– Впереди остров Вайгач будет, а правее его – пролив Югорский Шар, – сказал штурман.

– Четверть часа лету.

Внизу уже почти пять часов простиралась вода. Сначала Белое море пересекли, сейчас над Баренцевым висели.

Впереди показалась земля.

– Остров Долгий, – сказал штурман. – Считай – прилетели.

И вдруг по внутренней связи прозвучало:

– Командир, справа вижу подводную лодку в надводном положении! – Это докладывал носовой стрелок, у него впереди и в стороны обзор хороший.

Тут же правый бортовой стрелок подтвердил:

Как некстати! Бомб на «Номаде» нет из-за груза, а пулеметами, пусть и крупнокалиберными, лодке вреда не нанесешь. У нее прочный корпус толщиной, как броня у танка, не каждой пушкой пробьешь.

– Радист, открытым текстом давай радио!

– Моряков. Текст такой: «Десять миль западнее острова Долгий наблюдаю немецкую подводную лодку в надводном положении». Повтори несколько раз, может быть, кто-то из наших услышит, тут тральщики быть должны.

На наши подлодки надежды не было, с ними радиосвязь можно установить только в надводном положении. И немцы, скорее всего, всплыли для подзарядки аккумуляторов, вентиляции отсеков и радиосеанса со своими.

Но спокойно смотреть, как по-хозяйски ведут себя немцы в наших территориальных водах, было невозможно, и Тихон заложил правый разворот.

– Бортовым стрелкам – огонь по лодке!

Почти сразу открыл огонь из носовой установки Григорий.

Через минуту его поддержал левый бортстрелок.

Внезапно по внутренней связи раздался взволнованный голос Олега:

– Командир, с подлодки по нам ведут огонь из зенитки!

В подтверждение его слов недалеко в воздухе взорвался снаряд.

Тихон стал выполнять противозенитный маневр, своего рода змейку, да еще с набором высоты. Почти сразу вошел в облачность, и немцы потеряли его самолет из виду.

– Олег, сколько раз немцы пальнули?

– Три раза, и все три – промахи.

О промахах можно было и не говорить: если бы зенитчик с подлодки хоть раз попал, почувствовал бы весь экипаж.

– Николай, кто-нибудь отозвался? – обратился к радисту Тихон.

– Повтори то же самое, но теперь на волне летчиков.

Через несколько минут Николай сообщил:

– Наш ГСТ отозвался. Но ему до указанной точки еще двадцать минут полета.

Штурман, слышавший этот разговор, скривился:

– Уйдет немец! Не исключаю – они могли слышать наш разговор.