Истребитель. Ас из будущего

– Огонь! Штурман, дай место! Николай, сообщи в штаб, пусть вышлют сюда катер или другую быстроходную посудину – надо команду в плен взять.

А сам подумал: «Утопить!»

На носу загрохотал пулемет.

Тихон снова повторил маневр предыдущей атаки – уклонился вправо. Теперь длинными очередями бил левый бортовой стрелок.

Катеру было до берега еще метров сто – сто пятьдесят, когда совершенно неожиданно – он уже исчез из поля зрения – произошла вспышка. Потом донесся грохот взрыва, и самолет качнуло.

На торпедном катере самое мощное и взрывоопасное оружие – это торпеды.

И именно в одну из них угодили крупнокалиберные пули, пробив трубу торпедного аппарата.

Когда Тихон развернул самолет, то они увидели на воде обломки корпуса и надстроек, мусор в виде кусков досок, и плавающие бескозырки. А еще – несколько мертвых тел.

– Николай, дай радио на базу: «Катер утопили, с нашей стороны потерь не имеем, следуем на базу».

Настроение у экипажа сразу поднялось, все повеселели. Не в каждом вылете удается обнаружить и тем более утопить вражеское судно.

Вроде невелик торпедный катер, а бед может причинить много. При грамотной и смелой команде за одну атаку два крупных судна утопить – вполне по силам.

Тихон даже напевать стал от избытка чувств – хороший полет получился. Нашу подлодку выручили, с интересным человеком он познакомился, вражеский катер утопили – есть о чем в рапорте написать, не стыдно и в казарме появиться.

Вот и мыс Великий, дальше – Губа Грязная, ставший родным гидродром.

Приземлились они лихо, встали на якорную стоянку, заглушили двигатели. К ним уже спешил катерок, который забирал экипажи с гидроплана.

Сначала, понятное дело, в штаб – устный доклад комэску, рапорт, в котором Тихон особенно выделил действенную помощь начальника поста Головчанского. Впрочем, особенно не приукрашивал. Ну а в завершение написал про немецкий торпедный катер.

– Утопили? – усомнился комэск.

– Видимо, в торпеду угодили. Катер в клочья разнесло.

– Наш Пе-2 туда на разведку вылетает, пусть штурман район точно покажет.

Если подтвердится – к награде представлю.

Кто бы отказывался! Однако здесь решает даже не командир полка, а значительно выше, по наградным листам.

В полку, как и в отдельно взятой эскадрилье, почти на месяц наступило затишье. Летали только самолеты-разведчики, в основном «пешки» – на них были установлены фотоаппараты с мощной оптикой. Как правило, разведчиков сопровождали два звена истребителей прикрытия.