Истребитель. Ас из будущего

– Двадцать второй, мотор трясет, масло на лобовое стекло выбросило. Далеко до аэродрома?

– Доверни вправо двадцать, должен быть по курсу на удалении тридцать.

И голос комэска по приемнику:

– Четвертая пара, почему вы вышли?

– Получил повреждения, иду на аэродром.

До аэродрома Захар дотянул-таки. Он открыл фонарь кабины и высунул голову – через залитое маслом лобовое стекло самолета ничего не было видно. Выпустив шасси, коснулся земли и сразу заглушил мотор.

Тихон пронесся над аэродромом – садиться или возвращаться к месту боя? Бензин еще есть, боекомплект не израсходован, самолет исправен.

Если он сядет, не примут ли его решение за трусость? Тем более эскадрилья ведет тяжелый бой, и Захар внес свою лепту.

Тихон дал газ, заложил боевой разворот над аэродромом и направился к месту боя. Прикрытия сзади нет, но бомбардировщик он атакует. А там – будь что будет.

Бомбардировщики приблизились, но их оставалось только три машины. упорные, сволочи! вокруг них крутились два «яка», «мессеры» с «яками» дерутся дальше.

Из клубка истребителей вывалился один с дымным шлейфом и пошел вниз. От него отделилась фигура летчика, но Тихону не понять было издалека, чей самолет, наш или немецкий?

Он успел набрать высоту, выполнил разворот и сразу пошел в атаку. Выбрал себе цель – левого ведомого. Сверху, с пологого пикирования, открыл огонь из всех стволов сразу по кабине стрелка. Попадания видел сам – вспышки разрывов на фюзеляже и блистере стрелка.

Снова разворот с набором высоты.

От бомбардировщика, что в центре, к «яку» потянулись трассирующие очереди.

Однако Тихон кинулся в новую атаку – на этот раз сверху, по двигателю. Задымил мотор, и Тихон перенес огонь на кабину пилота. Пора было выводить истребитель из пикирования.

Он потянул ручку на себя, аж в глазах потемнело, и ощутил по истребителю удары снизу – с другого бомбардировщика очередью зацепило. Но самолет слушается рулей, мотор работает, сам цел…

Разворот – и новая атака, на этот раз – по второму двигателю стрельбу открыл.

И от этого бомбардировщика полетели куски обшивки, потом резко полыхнул факел огня. «Бомбер» еще летел, а из него уже стали выпрыгивать члены экипажа.

Несколько секунд горящий самолет летел по прямой, потом перешел в крутое пикирование и камнем полетел вниз. Наблюдать за тем, как он врежется в землю, времени не было, надо было помогать товарищам.

Оставшиеся бомбардировщики не выдержали, сбросили бомбы и стали разворачиваться на обратный курс.