Две пули – в молодую польку, что кормила старшину, две – в двенадцатилетнего пацана, и как только я навел ствол на старика, оставив его напоследок, кто-то вцепился мне в руку.
Шок, от моих первых выстрелов прошел, и пара бойцов что были рядом кинулись ко мне вцепившись в руку, поэтому первый выстрел по улепетывающему старику попал не в спину, а в поясницу, второй в ногу ниже колена, третий в землю в трех метрах от старика, четвертая рядом со столом, чудом никого не задев, и последняя, пятая, под самые ноги.
Меня свалили на землю и выкручивая руки вырвали горячий от стрельбы пистолет. Я молча терпел, когда мне вязали руки, пока их не стали затягивать каким-то ремнем, и только тогда я застонал.
Сбоку орал старшина. Полька упала прямо ему на ногу, вызвав сильные боли.
– А ну отошли!!! – заорал рядом Иванов. Бойцы прыснули в стороны и меня окатили ледяной колодезной водой.
Мат, стоявший вокруг передавал все что думают бойцы, не стесняясь подскочившей к старшине Зиминой, с которого уже сняли подстреленную девку.
Так они отходили от шока.
– Поставить его на ноги, – приказал подходивший майор, платком вытирая на ходу лицо и форму, куда попали брызги крови.
Меня рывком подняли как будто куль с картошкой, и поставили на ноги. Встретив мой взгляд, Иванов отшатнулся.
– Севка, да что с тобой??
Схватив меня за воротник, Тонин заорал мне прямо в лицо.
– Ты что творишь сволочь??? Зачем???
Глядя прямо ему в глаза, я разлепил склеившиеся губы и безжизненным тоном сказал:
– Крайний сарай!
– Что?
– Крайний сарай, там наши, им нужна медицинская помощь! – сказав это, я замолчал, отведя взгляд в сторону.
Отшвырнув меня в руки бойцов, майор развернулся, и в сопровождении десятка бойцов энергичным шагом скрылся за ближайшим сараем, повторяя мой путь.
– Отпустите меня. Я сесть хочу, – сказал я рябому, что держал меня справа. Переглянувшись, парни подвели меня к одинокому пеньку, для колки дров и усадили на него, встав по бокам.
Стоящий на часах Васечкин, прибежал, осмотрелся и убежал обратно на пост.
Почти сразу, как только я сел кто-то закричал у сараев. Криков становилось все больше и возмущенней. В них явно прослеживался накал страстей. Вот из-за угла сарая выбежал боец с зеленым лицом и выпученными глазами добежав до медички он схватил ее за руку и силой потащил к остальным. Изувеченные парни нуждались в медицинской помощи.
Просидел я так где-то минут десять пока не появился пошатывающийся Курмышев.
