Со всех сторон кусты, о нашем переплытии никто не знает.
Утром я проснулся от позывов мочевого пузыря, осторожно вскочив, чтобы не разбудить Гришу, на цыпочках заскакал на месте, активно крутя головой, пытаясь найти подходящее место, чтобы отлить. Кустарник, куда мы забрались, был высотой едва ли мне по грудь, лодку мы сюда не могли затащить, боясь прокола, поэтому закидали ее ветвями и высохшими пальмовыми листами, найденными на пляже. Поэтому, какое же было мое удивление, когда я расслышал шорох ветвей и рассмотрел человеческую фигуру у лодки.
Я даже слово сказать не успел, как этот неизвестный взмахнул рукой, и послышалось шипение выпускаемого воздуха. Тут я уже не выдержал:
– Ах ты сука! – и кинулся вслед за неизвестным, который шустро рванул вглубь леса.
– Что случилось? – услышал вопрос Гриши, когда я вырвался из зарослей, где мы спали, и рванул за вандалом, укорачиваясь от деревьев. Бежать было трудно, этот тропический лет был сильно заросшим по сравнению с нашим.
Худенькая фигура бегуна мелькала впереди, но было видно, что я нагонял.
Меня просто душила злоба на такую подляну. Как теперь нам вернутся за Никифоровым? Вплавь? Или построить плот? Так все инструменты кроме пары вычищенных и заточенных ножей остались на старом острове. Поэтому когда зад преследуемого, приблизился на длину моей ноги, я не утерпел, и с удовольствием вмазал ему по седалищу. С женским визгом тот улетел в кусты-липучки.
О, парень попал. Я как-то залез один раз в подобные кустики. Хрюшка с острогой в боку забралась туда.
Вытащить я ее вытащил. Но потом подобные кусты обходил десятой дорогой.
Сзади послышались быстрые шаги и появился Гриша, тяжело переводя дыхание.
– Лодке амба, в трех местах дыры.
Говорили мы естественно на русском, поэтому пытавшейся выбраться незнакомец, затих.
– Он там? – услышав шум, спросил Гриша.
– Ага, пендаля дал, он туда улетел. Только проблема. Задница у него большая и мягкая для мужчины, к тому же визжал как баба.
– Думаешь там женщина?"
"– Есть такое предположение.
Подозреваю что это член экипажа того самолета что у нашего острова лежит, – ответил я и, повернувшись к кустам, спросил по-английски: – Кто вы такой?
– Вы англичане?
– Русские, мэм, – теперь не было сомнения, что в кустах женщина.
– Помогите мне, пожалуйста, выбраться, – попросила она жалобным голосом.
Мы с Гришей переглянулись, скривились, оба знали, что это за кусты, и полезли выручать Эрхарт. Теперь мы были уверены, что это она.
