Еще когда я читал лекции в Центре, то зацепился за один реальный бой нашего истребителя с поршневым мотором против реактивного противника. Мы тогда с присутствующими курсантами разобрали на составляющие бой между нашим Ла-7 и немецким реактивным истребителем. В результате четырехчасовой дискуссии, был сделан вывод, что даже молодой летчик, естественно прошедший обучение в Центре, порвет немецкого аса на реактивном самолете. В том бою они разошлись без повреждений. Но то один на один, а не на не особо быстром незнакомом гидроплане с пятью противниками на реактивной тяге.
Бой думаю, будет очень горячим. Включенная снизу у тарелок иллюминация, ночью бы могла произвести на матросов атакуемых судов впечатление, но днем она не смотрелась, поэтому я только криво усмехнулся, заметив эту подсветку.
Первым постулатом истребителя, вбиваемых в голову молодым и не очень курсантам инструкторами было: Не лезь в бой, если не знаешь противника. Покрутись с ним, изучи все слабые и сильные стороны. Используй все выявленное в свою пользу.
Сделай преимущества противника его слабостью.
В принципе этот постулат мне подходил, но противников было пять, причем довольно опытных. Было видно, что свои машины они знаю отлично и только один выбивался из общего строя.
Проанализировав полет его аппарата, я довольно улыбнулся. Это был новичок и он осваивался с незнакомой машиной.
«Хоть с кем-то буду на равных», – мысленно хмыкнул я.
Буквально за пару секунд до встречи, противник вдруг суматошно разделился на две группы, облетев меня справа – три машины – и слева, уже две.
Один даже успел открыть огонь.
«Ого, у них авиационные пушки стоят», – мысленно удивился я, с легкостью уворачиваясь от неприцельного огня.
Мы стали нарезать круги удаляясь от маленького скалистого острова, бывшего нам убежищем больше месяца, в сторону открытого океана. Мы не дрались, просто маневрируя уходили все дальше и дальше пока острова не превратились в далекую дымку. К этому времени я уже определил слабые стороны аппаратов, они при резком маневре могли легко сорваться в штопор, а уж лететь вверх пузом – это не про них.
Думаю, они больше бомбардировщики, чем истребители, поэтому мои шансы в бою с ними я считал более чем успешными. «Митсубиси» был очень маневренным самолетом.
Вдруг, все пять тарелок разом, оставили меня одного, с набором скорости и высоты стали уходить в сторону большого острова.
– А драка? – растерялся я: – Что за хрень?!"
"Сказать, что я удивился – это значит ничего не сказать.
