Ну и бог с ними, с этими расходами, зато можно будет забыть о страхе, что домработница, что-нибудь украдет или впустит в дом постороннего человека. И в жены можно будет подобрать женщину культурную, образованную, которая бы имела представление, какие ценности хранятся в доме. И при этом у нее не будет родственников – и никаких детей. По всем параметрам подошла Софья Андреевна. Родители погибли в аварии, воспитала ее тетка, которой в живых давно уже нет. Семью завести не успела: то училась, то занималась карьерой.
С высшим образованием. Любит искусство. Собственно, в картинной галерее они и познакомились. Встречались недолго. Пару раз генерал пригласил Софью Андреевну в ресторан, а потом предложил ей выйти за него замуж. Та практически сразу согласилась – все подруги замужем, одна она в девках засиделась. Через месяц после знакомства состоялась свадьба, и Софья Андреевна переехала к генералу. Вот тогда и появилась домработница. Наверное, обидевшего ее хозяина она не выпускала из виду. Выждала время, когда тот поехал в поликлинику, и позвонила в дверь, назвала генерала по имени-отчеству, спросила, скоро ли он придет.
Молодая жена, ни о чем не подозревая, впустила гостью. Через час Софья Андреевна знала о генерале все: какой он жадный, придирчивый и пакостный, как он ненавидит детей и видит в женщинах исключительно обслуживающий персонал. Не преминула гостья рассказать и о том, как ее хозяин посмел поднять руку на ребенка. Софья Андреевна подумала, что гостья сама имела виды на генерала и теперь из ревности решила испортить ей медовый месяц, и потому стала ее гнать.
«Это вы все придумали. Не было такого! Василий Семенович не когда не поднял бы на ребенка руку», – бросила она, выпроваживая женщину. «Я вру? А это видела, – с этими словами она задрала рукав и показала узкий шрам, который мог остаться после порки ремнем. – А у ребенка моего и того похлеще! Вся спина исполосована». «Я не знаю, откуда у вас эти шрамы. Мальчик мог сам поранится. Если Василий Семенович и шлепнул вашего сынка разок, то за дело.
Нечего в чужих вещах рыться», – ответила Софья Андреевна, защищая мужа. «Вот так, да? Вы и впрямь два сапога пара. Детей вам заводить противопоказано. Ну что ж, желаю вам, чтобы вы прожили долго, – женщина упустила окончание фразы «и счастливо». При этом она смотрела на Софью Андреевну с ненавистью и отвращением, потом продолжила: – И все эти годы ты будешь ухаживать за ним как за дитем малым. Горшки. Пеленки. Протертые кашки.
