Юлька (СИ)

Я руковожу компанией, и мне решать, кому работать в ней, а кому нет!

— Слушай, а с чего это ты вдруг такой добрый стал? Ты же сам орал, что вышвырнешь эту нахалку за дверь! Что наплел тебе, этот хитрый лис Наумыч?

— Он объяснил мне, почему девушка себя так ведет.

— У девчонки глубокая душевная травма. Она очень долго лечилась у психиатра. И сейчас, не совсем восстановилась.

— Вяземский! Я с тебя просто офигеваю! Ты берешь на работу психопатку! Ты что сдурел, Гриша?!

— На это есть причина, Кира! Ну, почему она такая…

— Так объясни, что ты ходишь вокруг да около!

— Да потому, черт возьми, что её изнасиловал собственный отец, если можно так назвать эту сволочь! И мать, зарезала его, у неё на глазах! Девочке тогда было семь лет, всего семь, понимаешь!! Я вообще не представляю, как она смогла такое пережить!

Кирилл молчал, потрясенный тем, что только что сказал Григорий.

— Ты представляешь, — Вяземский вскочил с кресла и навис над другом, — представляешь, что может сделать взрослый мужик с маленькой девочкой?! Ублюдок! Тварь!! Надеюсь, его посадили на самую раскаленную жаровню ада!!

— Ни хрена себе! — очнулся, наконец, Казанцев.

 — Бедный ребенок! Слушай, налей-ка еще, а то мне как-то не по себе.

— Мне тоже, — Вяземский сел и наполнил стаканы наполовину.

— Ты понимаешь, Казанова, — продолжил Григорий, — когда я услышал эту историю, у меня волосы дыбом встали! Я, вообще не понимаю, откуда берутся такие твари?! Изнасиловать собственного ребенка!! Это… это уму непостижимо!! Сломать девочке всю жизнь! Сделать из неё, практически инвалида! Теперь я понимаю, почему она себя так ведет! Из — за этого ублюдка, все мужики на свете ей кажутся мерзавцами! Её душа заледенела от ужаса и страданий!

— Не говори, Гриша, — я тоже не понимаю.

Покуситься на ребенка — тяжкий грех! Хотя для таких как этот…, не существует ни Бога, ни Дьявола. Им все едино! В Москве шлюх — пруд пруди. Девочку — то, зачем трогать?!

— Да потому, что он был ненормальный! Педофил, понимаешь?! Думаешь, у нас мало таких уродов?

— Ну, я, например, до сегодняшнего дня не знал ни одного!

— А ты посмотри криминальную хронику!

— Боже упаси! Я ненавижу ужасы!

— Это — правда жизни, Казанова, а не ужасы.

— Ну, хорошо. Но, это все — эмоциональные всхлипы. Что ты намерен делать? Она остается, что дальше? Ты что, позволишь ей приходить на работу в таком, мягко говоря, экстравагантном виде?!

Ефим Наумович обещал мне, что она будет одеваться, как положено.