Юлька (СИ)

— Я уже договорился с девочками. Алиса и еще парочка моделей. После фуршета, мы едем в «BON APPETIT».

— Нет, Казанова, я — пас. Единственное, что я сейчас хочу, так это спать.

— Ты что, Вяз, какой спать?!.. О, смотри, кто идет. — Кирилл заметил подходившую Богданову. — По моему, это к тебе.

— Добрый вечер, мальчики. Привет, Гришенька, — Яна подошла и обвила его шею руками.

Необузданная страсть светилась в её глазах. Она считала себя великим знатоком мужчин, и Вяземский, был самым великолепным их них.

Яна страстно желала его, ей хотелось дотронуться до него, ласкать его мускулистое тело, перебирать пальцами его волосы…

— Вечер был утомительным, Яночка, я очень устал, — сказал Григорий, убирая её руки. — После фуршета, я поеду домой и лягу в постель.

— Это как раз то, что мне надо, — томно улыбаясь, прошептала женщина.

— Я поеду один, Яна, — повторил Григорий.

— Но ты же не хочешь сказать…

— Именно это, я и хочу сказать, — перебил её Вяземский, — у меня был очень трудный день.

А завтра надо быть в форме. В отличие от тебя, дорогая, я не могу позволить себе сон до обеда. Мне нужно работать!

Кирилл молча наблюдал, как надменная красавица унижалась перед его другом, почти выпрашивая его любовь.

— И потом, — продолжал Вяземский, — разве Иван Павлович не будет тебя искать?

— О! Богданову наплевать! Его интересуют только деньги, — Яна была раздасована тем, что Вяземский так холоден с ней, но это не остановило её.

Она хочет его, и она его получит! Женщина снова попыталась обнять его.

— Отстань, Яна, — раздраженно сказал мужчина, — я не в настроении.

— А я изменю твое настроение, — страстное обещание послышалось в её словах, — поверь, со мной ты забудешь об усталости.

Терпение Григория лопнуло.

— Я что, не ясно выразился?! — грозно прошипел он. — Я сказал, ты не нужна мне, ни сегодня, ни вообще.

Иди домой, Яна. Тебя муж ждет.

Холодный взгляд Вяземского не оставлял женщине ни малейшей надежды.

— Ну, ладно, Вяземский, — я это запомню! — Богданова обиженно фыркнула и, развернувшись, пошла прочь.

— Потаскуха, — пробормотал ей вслед Григорий. Господи, как они все мне надоели! Ну, неужели нет на свете женщины, способной просто любить!? Просто, нормальной женщины.