Юнкер

Умение орудовать кулаками надежно защищало меня от бытовых неприятностей, а от всех остальных прикрывал титул и авторитет рода. Разумеется, о моем происхождении уже знали все…

Но само по себе это почти ничего не меняло. Мама и Папа уж точно не спустил бы, вздумай я наводить в училище свои порядки… но юнкера неплохо справлялись и сами. Где-то с неделю назад двоих ближайших приспешников Куракина обнаружили в прачечной, замотанными в простыни так, что парни скорее напоминали кульки с глазами, чем людей.

Виновных, разумеется, так и не нашли.

Но на фоне относительно юнкерского благополучия общий расклад выглядел… скорее удручающим. И если по Воронцовой я отработал как следует, отправив не в меру хитрого вассала под надежный присмотр Андрея Георгиевича в Елизаветино, то разговор с Багратионом в итоге получился чуть ли не бесполезным. Может, я и получил ответы на кое-какие вопросы — но и самих вопросов стало существенно больше.

В общем, надежда оставалась только на деда. Я еще сам до конца не знал, что именно и как буду ему говорить, но уже выпросил аудиенцию — а заодно и увольнительную на вечер.

То ли ее сиятельство княгиня Воронцова успела с утра утомить деда до полусмерти, то ли его интересовали подробности гибели дочери Колычева… то ли меня ожидал эпический разнос.

Но и до него еще предстояло дожить, а кофе нужной для этого крепости в столовой училища попросту не подавали.

— Держись, Горчаков. — Богдан снова заехал мне локтем по ребрам. — Еще один класс, и…

Договорить однокашник не успел. Смолк, будто прикусив собственный язык — а потом вытянул и без того длиннющую тощую шею как минимум вдвое и даже чуть приподнялся с места, чтобы разглядеть что-то со стороны дверей. Вид у него при этом был такой, будто в столовую пожаловала или сама государыня Императрица собственной персоной, или Богданова любимая Мишель Мерсье из сериала про Анжелику в открытом купальнике, или по меньшей мере начальник училища.

Впрочем, нет. Удивление на лице Богдана, пожалуй, тянуло на начальника в открытом купальнике. И, оглянувшись, я его разделил… хоть и отчасти.

Несмотря на царивший в славной пехотной школе цук, щедро разбавленный выкрутасами Куракинской компании, большая часть устава в училище соблюдалась свято. И появление в столовой юнкера, одетого не по форме, было чем-то совершенно немыслимым.