Юнкер

Еще одна загадка? Очередной тест на интеллект, который я, кажется, или вот-вот провалю, или уже провалил?

Пока ясно одно: это самое «Одесское рыболовное пароходное товарищество» — дело рук деда. А значит…

— Мы на самом деле не потеряли акции? — Я сложил руки на груди. — Так? Колычев сливал их через внебиржевые сделки, а ты перекупал обратно через подставную фирму? Ты все знал с самого начала?

— Можно сказать и так, — усмехнулся дед. — Я уже не тот, что был раньше, но все-таки не настолько выжил из ума, чтобы меня пытался нагреть собственный поверенный.

— А он не пытался? — уточнил я.

— Нет. Сергей Иванович верно служил роду много лет. — Дед покачал головой. — И когда полтора года назад к нему пришли… с определенным предложением — у него не возникло и мысли предать Горчаковых.

— И он рассказал тебе? — догадался я.

— И тогда вы решили вывести врагов на чистую воду… — Я шагнул к деду и уселся на стол прямо перед ним. — Не казнить исполнителей, а подыграть им, чтобы со временем выйти на тех, кто заказал все эти махинации?

— Именно.

 — Дед удовлетворенно кивнул. — И непременно вышли бы, не вмешайся в дело один не в меру прыткий наследник рода, которому вздумалось раскрыть таинственной заговор с предательством.

Да уж… Нехорошо вышло. Получается, я чуть ли не собственными руками подписал смертный приговор человеку, который полтора года вел двойную игру. Верно служил семье, рискуя жизнью — и этой же самой жизнью поплатился.

— Ты не виноват. — Дед улыбнулся одними уголками губ.

 — Скорее всего, бедного Сергея Ивановича убили бы в любом случае — если уж они решились избавиться даже от наследника рода.

— Конечно я не виноват!

Напоминание о смерти Кости почему-то вызвало внутри злобу. Дурацкую, совершенно не рациональную — и направленную совсем не туда, куда следовало бы.

— Если бы ты не держал все в тайне от собственного внука, все было бы иначе, — проворчал я. — Но у тебя, разумеется, не нашлось полчаса, чтобы объяснить…

— Саша, четыре с половиной месяца назад ты угнал из гаража машину и чуть не убился, пытаясь доказать что-то второму такому же малолетнему идиоту.

 — Дед поморщился. — Тогда я не доверил бы тебе даже принести пачку с табаком из кладовки.

— Хочется верить, — вздохнул дед. — Но, как бы то ни было, смерть Сергея Ивановича — это не твоя ошибка, а моя. Как и смерть Кости.

— Слишком много ошибок. Особенно для того, когда считают чуть ли не самым умным человеком во всей Империи.