Зато у нас все живы — здоровы, и ты всегда будешь со мной!
Андрей засмеялся:
— Всегда, всегда! Горе ты мое! Ну, куда же я от тебя! Это я тогда ещё понял, когда ты так артистично выла на поляне, сидя с Хаськой. Оттого и злился, что ничего уже поделать не мог!
Мои воспоминания прервали чьи-то быстрые шаги. Оглянулась и увидела, что ко мне спешит моя верная служанка Вера. С возрастом она немного поправилась, но привычку бегать и ворчать на меня не утратила. Она вышла замуж за своего дружка Семку и теперь тоже могла похвастаться двойняшками-сыновьями и крохотной лапочкой-дочкой.
Сейчас Вера несла в руках забытую мной на веранде летнюю шляпу из соломки и ворчала на ходу
— Ить опять забыли шляпочку-то! И тюльку с нее оборвали! Опять загорите, как чернавка! А рази ж, благородны дамы, бывают загорелыми, неча крестьянки?
Подойдя ближе, деловито сказала:
— Так приехали там за щенками Хаськиными. Вы сами пойдете выбирать?
Из-под скамьи раздалось глухое ворчание, а у меня в голове голос моего волка пробурчал.
— Нечего там выбирать, скажи, пусть отдадут парочку серых с подпалинами, других пока не отдавай. Сам ещё посмотрю, будет ли толк с них.
Передав Вере наказ, я со смешком сказала:
— Вылазь уж, отец-героин! В этот раз у тебя знатная свора получилась! Да и очередь на твоих собачат не уменьшается все равно!
Это правда, слухи о необыкновенном уме и сообразительности нашего Хаси ходили по всему нашему уезду, и многие хотели иметь щенков именно из нашего поместья.
И Хаська со своей подружкой (одной и той же, между прочим!) старались выполнить задачу. Хаська вылез из-под скамьи, где дремал в тенечке, сел рядом. Я гладила его по крупной лобастой голове, с грустью отмечая, что мех становится подернутым сединой. Как я буду без него?
— Ишь, чего удумала! Маскировка это, поняла? Я же твой хранитель! А хранители живут столько же, сколько и охраняемый! Не могу же я совсем не меняться, люди не поймут.
Когда придет срок, я уйду в лес, а через день-два ты вновь найдешь щенка хаски там, где я скажу.
Я прижалась к тёплому боку волка, который теперь взгромоздился на скамью рядом со мной. И мы оба смотрели вдаль."
"— Ну, вот и не распускай нюни! Хорошо ведь живём!
— Хорошо — согласилась я — и не жалею ни о чем!
P.S. А Хася прожил до 80 лет!"
