— Волк замолчал, а потом продолжил."
"— И вообще, не перебивай, а то мысль уходит. Вот, значит. У Пелагеи было двое детей, сын и дочь, больше не успела родить, муж помер. Дочь замуж вышла, да померла тоже родами, и дитё тоже вместе с ней. А сын жил не в поместье, в столицах оне с женой обретались. Сергей за границей выучился, анжинером каким-то был. Полина, его жена, из небогатых была, старуха ее не шибко жаловала, но не скандалила. Дочка у них одна была, Катерина. Да только в Питербурхе болезнь ходила, помирали почём зря людишки, вот и сын с невесткой померли.
Девчонка тогда у родителей Полинки была, в деревне, так живой и осталась. Потом Пелагея пристроила ее в институт какой-то для девиц благородных и платила за нее, хоть и неважно дела шли в поместье, так и не смогли оправиться после войны. Французы тогда почти полностью разорили поместье, а потом и пожгли много. Да и людишек крепостных кого побили, кого угнали куда-то. Пелагея одна билась, Матвея уж давно не было в живых. Вот Катерина и жила в столице.
А тут бабка ее к себе призвать решила, она свой срок знала. Но у Катерины ухажер в столице был. Да не из благородных, купецкий сын. Но старуха бы никогда не благословила такой брак, она тут соседа для Катри приготовила в женихи. И в семье жениха тоже не радовались — бесприданница, хоть и дворянка. Вот молодые обвенчались тайно, молодой супруг собрал все свои личные деньги, да и сбежали они на край света, забыл, как называется, но там неподалеку эти самые живут, ну, кенгуры которые.
— Австралия, что ли? — уточнила я. Слушала я внимательно, но чем дальше, тем страшнее мне становилось. Мозг отказывался воспринимать все это всерьез, но и в розыгрыш или подставу я тоже не верила.
— Нет, не она! Я же говорю — рядом, но не там.
Я попытала свою память на предмет географии и предположила.
— Тогда Новая Зеландия.
Хотя мне-то, какая разница, куда там свинтила неизвестная мне внучка. Но волк закивал головой.
— Во-во, она самая! Только помереть Пелагея не может без передачи сил, вся уж измаялась, дворня по углам прячется, сил нет терпеть ее страдания.
Хоть и ведьма она, да вреда людишкам не делала, наоборот, где травку какую даст, где ребятенка от лихоманки вылечит, а где и скотинке поможет. Да и со зверьём она умела обращаться. Местные помещики и то не считали иной раз зазорным втихую к Пелагее обратиться. Местный лекарь, правда, все грозился донести на нее, уж не знаю куда, да только никто его не одобрил.
