Иван Пырьев. Жизнь и фильмы народного режиссера

С этой небольшой голубоглазой девушкой, со светлыми, как лен, волосами, мы неоднократно встречались, когда она по окончании посевных и уборочных работ приезжала в Москву слушать лекции в Тимирязевке. Ей мы многим обязаны в написании нашего сценария и создании фильма. Интересно, где она сейчас? Какая судьба ей выпала в годы Отечественной войны? И где она трудится в мирные дни? Может, окончив академию, она работает сейчас агрономом? А может, стала просто хорошей женой и матерью своих детей? Где бы она ни была, мне хочется сказать ей большое спасибо за ту помощь, какую она оказала нам своим трудом и своими советами в создании фильма «Трактористы»…

Итак, мы писали сценарий о передовых людях сельского хозяйства, овладевших новой техникой, новыми методами труда, и о перевоспитании на основе их опыта таких отстающих, как Назар Дума, Савка и других.

Угроза же войны, нависшая в те дни над всем миром и над нашей страной, заставила нас ввести (уже в режиссерский сценарий) еще одну тему – тему боевой готовности наших людей защищать свои завоевания, свой труд, свою Родину.

Надо было связать эти две темы в единую драматургическую концепцию и сделать кинокартину комедийного жанра.

Дружная совместная с автором работа дала возможность создать сценарий, который при режиссерской разработке, кроме начальной экспозиции и финала, почти не подвергался изменению.

В авторском варианте действие начиналось на Дальнем Востоке, в одном из танковых подразделений. Командир полка говорил хорошие напутственные слова танкистам, уходящим из армии по окончании срока службы. Заканчивался же сценарий встречей тракторной бригады Клима Ярко, уходящей с полей после окончания уборочных работ, с колонной танков, идущих на осенние маневры…

И, возможно, такое начало и финал остались бы в фильме, если бы он не был задуман как музыкальный.

Музыка писалась во время работы над режиссерским сценарием и вошла в фильм одним из основных компонентов.

Прекрасные песни, созданные композиторами Дмитрием и Даниилом Покрасс и поэтом Борисом Ласкиным, потребовали себе места в будущей картине, чему я, признаться, не только не противился, но, наоборот, всемерно содействовал.