Из глубины

Не мы хотим убить всё живое на Земле, нас заставили сделать такое оружие враги. Да и запускаться «Статусы» должны лишь после того, как Россия будет уничтожена.

– Не Россия – властители России.

– Вряд ли кто-то из них отделяет себя от страны, считая её своей вотчиной. Но в ядерной войне погибнет и народ. «Статусы» созданы, чтобы предупредить агрессора, что их ждёт та же участь.

Вербов двинулся в обход многогранной глыбы высотой и размерами с два железнодорожных вагона, не имеющей никаких опознавательных знаков.

АГС «Утёс» стоял в окружении глыб поменьше так прочно, будто его изначально монтировали в этом месте. Ни одного следа от гусениц, колёс или иных механизмов вокруг, не считая полного отсутствия ила, Вербов не заметил и снова подумал, что подводные обитатели обладают какой-то особой технологией переноса тяжестей, если учесть, что «кальмар» свободно унёс подводную лодку массой не меньше восьми тысяч тонн.

Глыбы, окружавшие «Утёс», оказались каменными, на вид прямоугольными блоками, изъеденными коррозией, но обработанными с большой точностью.

Возможно, владельцам «музея» они понадобились для каких-то технических нужд, либо обладали иной ценностью, трудно вообразимой, если учесть, что их облик, по мнению Шпачкова, был далёк от человеческого. Возраст обтёсанных глыб определить на глазок не представлялось возможным, но Вербову почему-то показалось, что они очень древние.

– Обломки колонн, – сказала Инга.

– Не похоже, их слишком мало для колонн.

– Остальное развалилось.

– Может быть, – согласился Вербов, начиная уставать.

Всё-таки они находились под водой больше часа и, несмотря на поддержку экзоскелетного механизма костюмов, тратили энергии намного больше, чем на суше.

– Пока держусь, – сказала Богушанская. – Ничего, отдохнём в кабине.

Инга осветила его фонарём.

– Вспомнил старую хасидскую притчу. Идут двое, учитель и ученик. Идут долго, ученик спотыкается: «Учитель, я устал, давайте отдохнём». Учитель: «Отдохнёшь в следующей жизни». Ученик с укором: «Учитель, вы это и в прошлой жизни говорили».

Лица Инги сквозь забрало шлема видно не было, но Вербов понял, что она улыбнулась.

– Хорошая притча, я потерплю, учитель… до следующей жизни.

Лучи фонарей выхватили из мглы выпуклый бок какого-то сооружения, также оказавшегося корпусом, но не подводной лодки, а нефтеналивного танкера. Он не был особенно большим, но его присутствие в «музее» ещё раз подтверждало мощь океанских жителей, легко перемещавших таких гигантов.