Из ледяного плена

И сегодняшнее торжество он никак пропустить не мог, потому что был осведомлен о нем заранее.

– И что, он никому из вас не говорил, куда собирается уехать? – сыграв лицом озабоченность, уточнил Зубов.

Признаться, отсутствие оперного певца нравилось ему все меньше. Велимира, следуя его рекомендациям, таки подала заявление в полицию, и Савелия Волкова объявили в розыск, но безрезультатно, и это было странно. Человек же не иголка в стоге сена, не может исчезнуть бесследно.

– Я его с лета не видел, – тут же откликнулся Игорь Камаев, старший сын Татьяны Игнатьевны.

 – Но мы никогда не были особо близки. Дядя Сава склонен читать нотации, вместо того чтобы реально помочь. Признаться, временами это раздражало.

– Да брось ты, Игоряш. Он отличный мужик и с нами в детстве всегда возился, – откликнулся Олег.

Зубов отметил, что младший брат, в отличие от старшего, говорит про Савелия Волкова в настоящем времени. Интересненько, однако. Что этот бугай Игорь вкладывает в понятие «был»?

Алексей обратил внимание и на то, каким моментально расстроенным стало лицо Велимиры.

Нет, девушка не сдерживалась, чтобы не заплакать, но выглядела именно расстроенной. Из-за чего? Из-за того, что разговор коснулся дяди Савы и его исчезновения? Или кто-то из присутствующих сделал или сказал что-то, так расстроившее ее? Ладно, это можно было уточнить позже.

Пока же Зубов старался отмечать и, как губка, впитывать все, что происходило вокруг, включая мимолетное изменение интонации или выражение лица.

– Пусть и с трудом, но я могу допустить, что Сава куда-то уехал, – вздохнула Вера Афанасьевна.

 – Но что совершенно невообразимо, так это мысль, что он даже не позвонил, чтобы поздравить меня с днем рождения. Немыслимо, что он мог о нем забыть. Нет, с Савой определенно что-то случилось, и мне стыдно перед памятью Нюточки, что я ничего не делаю, чтобы разузнать, что именно.

– Бабуля, я написала заявление в полицию. – Велимира взяла тонкую, совсем не старушечью кисть и нежно ее сжала.

– Как это – в полицию? – встрепенулась Татьяна Игнатьевна.

 – Мира, это что еще за новости? Почему ты не спросила?

– Что и у кого я должна была спросить? – Похоже, Велимире начинала изменять выдержка.

– Разрешения обратиться в полицию. У меня, как у ближайшей Савиной родственницы. Ты ему вообще чужая.

– Я выросла рядом с дядей Савой и с Нюточкой, – ровным голосом сообщила Велимира. – В какой-то степени он заменил мне деда, который умер, когда я была совсем маленькой.