Из моего прошлого, 1903–1919 гг.

Я уверен, что Россия будет с нами, но для нас важно, чтобы мы могли рассчитывать не только на благожелательное отношение ее, но имели уверенность в том, что ее Представитель не станет сноситься с своим правительством в какой-либо острый момент переговоров, но займет сразу определенное положение на нашей стороне, и всей конференции будет ясно, что мы поддержаны Россиею и можем опереться на ее слово. Я говорю Вам это как Председатель Совета и Министр Иностранных Дел и убедительно прошу Вас передать по телеграфу мой разговор Вашему Министру Иностранных.

Дел и просить его дать инструкции Вашему представителю».

В ответ на это, я передал Рувье то, что было мне сказано Государем но его личному почину, сказал, что говорю ему это совершенно открыто и официально, что такое распоряжение Государя уже известно Графу Ламсдорфу, несомненно сообщено им нашему представителю на конференции и не нуждается в новом моем сношении. Я прибавил, что если он желает, я готов подтвердить это письмом, принимая на себя всю ответственность за мое заявление, на что меня уполномочивает и мое звание Статс-Секретаря Государя, независимо от сознаваемой мною личной моей моральной ответственности.

Рувье удовольствовался моими словами и прибавил шутливо: «Теперь мы с Вами заключили договор, Вы уже выполнили Ваше обязательство, дело за мной, и я уверен, что я его также честно выполню как Вы свое. Я не обещаю Вам дать ответ непременно завтра, но послезавтра Вы конечно услышите обо мне.

Когда же Вы вернетесь домой, доложите Его Величеству, что правительство Республики глубоко тронуто тем, как тонко оценил Император наше трудное положение и какую неоцененную услугу Он нам оказывает, обеспечивая, конечно, сохранение мира, так как на конференции мы выступим компактною массою против наших противников, всегда рассчитывающих на наше несогласие.

Прием меня Президентом Республики Лубэ был особенно любезен. Я пробыл у него почти целый час, и не могу не отметить, что у него, как и Рувье, я нашел совершенно иное отношение, нежели в первый день у банкиров.

Он отлично понимал всю необходимость для нас сохранить наше денежное обращение и сказал мне без всяких фраз, что если Рувье обещал мне свою помощь, то я могу быть совершенно уверен в успехе, а готовность нашего Государя помочь Франции в Альжезирасе обеспечивает заранее ей сохранение мира и обязывает ее всеми доступными ей средствами помогать своей союзнице и во внутренних затруднениях и в переживаемом финансовом кризисе.

Я тотчас же телеграфировал Гр.