Она, позабыв обо всем на свете, с бледными щеками и нездоровым блеском в глазах уставилась на кругленького гражданина, спешащего к подходящей электричке на Санкт-Петербург. Я, признаться, не увидела в нем ничего мало-мальски стоящего внимания. Может быть, только то, что все детали его туалета удивляли своей дружной округлостью. Казалось, гражданин специально изгонял из своего облика прямые линии и углы. Портфель в его пухлых ручках был больше всего похож на коричневую блестящую подушку, к которой для удобства транспортировки была привинчена такого же цвета ручка.
Мягкие полы его плаща каким-то образом придавали ему еще больше скругленности. От такой несовместимой со всем его обликом вещи, как стрелки на брюках, гражданин, должно быть, отказался еще до начала перестройки. Но при всей своей шарообразности гражданин не производил комичного впечатления и держался с подчеркнутым достоинством. Лицо его сильно напоминало глобус. Не только формой, но и рельефностью. Прическа была надежно упрятана под шляпой, но я могла ручаться, что под нею лысина идеально сферической формы.
Гражданин, потрясая жирными щечками, шел по пятам за Амелиным. Наташа молча бросилась следом, а мне не оставалось ничего другого, как последовать за всеми. Не останусь же я одна на перроне только из-за того, что поведение моей подруги немного странно. По ходу дела я безуспешно пыталась выяснить у Наташи, чем же ей так сильно приглянулся толстячок.
— Поверь, я знаю, что делаю, — только и сказала в ответ Наташа.
И это было единственное, что мне удалось из нее выцедить.
В поезд мы сели в последнюю секунду и в следующем порядке. В первом вагоне расположилась преступная команда, в третьем — пухлый гражданин, причем Наташа наотрез отказалась сесть с ним в один вагон, и поэтому нам достался второй вагон, если считать от головы поезда.
В вагоне ей деваться от меня было некуда (мы ехали между преступной шайкой и толстяком, а никому из них попадаться на глаза Наташа не хотела), и я насела на нее всерьез, потребовав членораздельного объяснения, почему это она разволновалась, когда увидела толстяка.
После этого я приготовилась к тому, что она скоро расколется. После многих увиливаний Наташа призналась, что встречала его всего два раза в жизни. Но каждый раз при самых драматических обстоятельствах. Первая их встреча состоялась в отделении милиции, куда Наташу доставили после очередного ее неудавшегося теракта. Отпустили ее оттуда не скоро, потому что из милиции вообще отпускают крайне неохотно.
