Это заняло у нас больше десяти минут и, честное слово, произошло само по себе, без какого бы то ни было моего вмешательства, потому что шли мы наугад. Но вот уже впереди маячили журнальные залы, а следовательно, там поблизости был и читательский вход, возле которого находился милицейский пост. Обитателей последнего требовалось избегать всеми силами. А значит, расстояние в радиусе десяти метров около поста представляло для нас зону повышенного риска. Мы с почтительной осторожностью обогнули ее и даже не стали любопытствовать, там ли охранник.
Потом поднялись по лестнице на второй этаж. Пока все было спокойно. Пройдя по каталогу, вышли ко второй лестнице, по которой нам предстояло спуститься, чтобы приблизиться к местам, где находились наиболее ценные экземпляры книгопечатания. И где, как я считала, могут находиться преступники, если они вообще здесь. По пути нам попадалось много дверей, но все они открывались в обе стороны и не были снабжены замками. Можно было только благословить того человека, который придумал такое оригинальное и удобное для взломщиков всего мира устройство дверей.
Это же сколько труда и времени он сберег грабителям! Просто умилительна такая забота о ближних своих.
— Ты найдешь обратный путь? — тревожно спросила Наташа.
— Найду, не волнуйся, а лучше прислушайся. Ты не слышишь никаких подозрительных звуков?
— Какие звуки тебе покажутся подозрительными?
— Ну, например, звук взрыва, треск выдираемого с мясом замка, вой сирены или что-нибудь в этом же духе, — с иронией сказала я.
— Нечего идиотничать, — возмутилась в ответ Наташа.
— Ну раз не слышишь, тогда придется идти наугад. Авось набредем на наших знакомых, — грустно сказала я. — Но все-таки мне тревожно.
— Не сомневайся. Я их чувствую.
— А в каком месте здания ты их чувствуешь?
— Не разберу, — не поняв моего сарказма, серьезно ответила Наташа.
Я подивилась про себя такой выборочности ощущений и молча проследовала под темные своды очередного зала.
Электричество во всем здании было, конечно, заботливо погашено, и нам приходилось довольствоваться светом, который проникал с улицы, но его было явно недостаточно для наших целей. Да и то ничтожное количество света, что проникало лишь в комнаты с окнами, а во внутренних коридорах и залах безоговорочно властвовала тьма. А в ней прятались различные предметы, которые отличались острыми и многочисленными углами.
