Я решила, что вернулся зачем-то Саша, и открыла дверь, но на пороге стояла взволнованная Юлька, которая немедля кинулась меня обнимать, восторженно крича при этом:
— Ну, привет! Хорошо, что я тебя застала дома! Как чувствовала, что надо мне заехать к тебе перед работой, а то у тебя каникулы, и ты совсем куда-то подевалась! Я уж и не знала, что думать о тебе. Где ты пропадаешь?
— Ой, Юлька, — махнула я рукой, — у меня тут такие дела завертелись. Помнишь, ты не поверила, что меня преследуют бандиты?
— Припоминаю.
А что, они действительно преследуют тебя?
— В том-то и дело. Но только они не совсем бандиты и не совсем меня преследуют. Теперь я сама на них охочусь, и к тому же часть бандитов уже почти мои приятели. Но толком я и сама еще ничего не понимаю, но, конечно, кроме того, что я стала их коллегой, и у нас теперь профессиональный интерес друг к другу.
Юля испуганно оглядела меня. Она явно сомневалась в моей трезвости и еще надеялась, что я шучу, но мне было не до шуток.
— Дело оказалось настолько серьезным, что даже тебе я не рискну про него рассказать.
Вчера мы рисковали своей свободой, а позавчера — жизнью на одной даче в Озерках. И не знаю, что лучше — рисковать жизнью и заслужить одобрение милиции или играть в грабителей, что угрожает неодобрением органов.
— Я не верю, что ты могла сделать что-нибудь дурное, но ты вполне могла вляпаться в какую-нибудь историю с плохим запахом. Поэтому я беру тебя на поруки и позабочусь о тебе, раз ты сама не в состоянии.
Но для этого мне надо отпроситься с работы, что нетрудно, так как сегодня у нас намечается переучет. Ты побудь пока дома, а я сбегаю на работу и вернусь, как только смогу, а ты не предпринимай пока ничего рискованного.
С этими словами она убежала.
Радостно вздохнув, я пошла в сторону постели, решив наконец доспать то время, которое не удалось ночью посвятить сну, но пришла Наташа и спутала все планы. Из нее посыпались новости, как горох из дырявого мешка:
— Встретила Сашку. Он был у тебя в гостях? А мне ночью звонил капитан, но я как раз в этот момент одерживала верх над Русланом и зажала его шевелюру в кулак, еще немного, и он весь бы там очутился.
Поэтому я и не могла нормально поговорить со Степановым. Как думаешь, чего ему нужно было от меня?
— Хотел, чтоб призналась, что это ты взяла книги из библиотеки, или, в крайнем случае, сказала бы ему, кто это мог сделать. Он почувствовал к тебе уважение, и теперь его интересует наше алиби.
