Они лежат тут и терпеливо ждут, когда их возьмут теплые человеческие руки, погладят и выпустят на волю скрытую в них смерть. И она пойдет гулять по миру, оставляя после себя сирот и вдов, калек и безутешных матерей.
Человек, получивший в руки оружие, моментально становится вершителем чужих судеб и жизней. Сознание этого факта опьяняет. Власть всегда кружит голову, а тут человек еще держит в руках чью-то смерть, и только от него одного зависит, как он распорядится: кому жить, а кому умереть.
Руки так и тянулись дотронуться до холодных металлических тел в ящиках.
Такие они были ладные и грозные. Это вам не раздолбанный многими поколениями учеников школьный автомат Калашникова, который был настолько стар, что впал в полный маразм и уже не помнил, кто он, собственно, такой.
Во втором и третьем ящиках лежали те же автоматы. Но в четвертом мы наткнулись на кое-что новенькое. Какие-то коробочки с торчащими из них проволочками и тусклыми табло на передних панелях.
— Что это? — не удержалась от любопытства я.
— Похоже на бомбы с таймером.
Мы с уважением прикрыли их крышкой и оставили в покое. Пока они нам были не нужны. В следующем ящике было холодное оружие. Оно начиналось с короткого ножа и кончалось тесаком, который по соседству с электронными бомбами выглядел нелепо. Потом был ящик с пистолетами или чем-то похожим на них. Содержимое остальных ящиков представляло собой все тот же набор огнестрельного оружия.
— Ну что же, — бодро сказал Петя, окончив ревизию доставшегося нам добра, — мы еще повоюем.
С таким арсеналом сам черт не страшен. Нам стоит кое-что перетащить наверх. Каждый возьмет то, что ему приглянулось. Лично я рекомендую автоматы.
От такого изобилия разнообразного оружия мы все как-то чересчур возбудились и смело похватали автоматы. Магазины лежали здесь же. Схватив самую крупную деталь, я вспомнила, что автомат, вообще-то говоря, находится в разобранном виде, а как нам его собрать, я даже приблизительно не представляю.
И чего я невнимательно смотрела у Генки его видик.
Там же американский сержант все подробно показывал, и не один раз, злилась и ругалась я сама на себя.
Единственный мужчина в нашей компании оказался также некомпетентен в данном вопросе. Пришлось удовлетвориться пистолетами. Они были предельно просты в обращении. Хотя я сильно сомневалась в собственной способности открыть огонь по живому человеку, не говоря уж о том, чтобы в него попасть.
Мы прихватили с собой наши трофеи и поднялись наверх.
