Из западни

– Да пальцем я этого Фока не трогал, – явно не в первый раз отмахнулся от подколки великий князь, – просто он столь активно не хотел высылать подмогу на перешеек, а потом все порывался вместо дела устроить празднования и молебен в честь моего прибытия, что я и вправду вышел из себя. Ну, пару не слишком подобающих выражений употребил. Короче говоря, бывший жандарм перенервничал, и у него кровь носом пошла. Уже надоело всем эти медицинские подробности объяснять. Я уже на клинке три раза, три раза клялся, что пальцем этого военного гения не трогал.

И что толку? Времени нет каждого переубеждать.

– Да к тому же и бесполезно, больно легенда выходит красивая, молодым офицерам это, кстати, даже нравится, ворчат, поди, только те, что чином повыше, – хмыкнул Балк. – Ладно. Давайте лучше повторим, как вы тут без меня будете неделю обороняться. Пункт за пунктом, как мы по дороге сюда планировали, с минимальными потерями и максимальным ущербом для неприятеля.

Да, кстати: с новыми офицерами нам однозначно повезло. Оба ваших протеже есаула, и Эксе, и принц, выше всяческих похвал. К бурам в компанию прекрасно вписались. Лисицин в Дальнем со своими комендорами тоже дело знает: после того, как он с Штакельбергом взяли японских канонерочников в два огня, в залив они особо ряно не лезут. Коссовского, он из 5-го полка, придерживать надо. Шибко злой на япошек за первое свое отступление. Так что все карты у вас в руках, ваше высочество. И козыри есть хорошие.

Итак, повторим по пунктам: отходить – можно, но по чуть-чуть и вовремя…

– Но бежать запрещается, – с улыбкой докончил за Василия Михаил, – отчего же не повторить нашу «науку побеждать»…

После трех успешно отбитых атак для защитников перешейка полной неожиданостью стал приказ Михаила всем обороняющимся войскам ночью отойти на полверсты и зарыться в землю на новой позиции.

Но возникший было ропот по поводу бессмысленного оставления обжитых окопов и оборудования новых прекратился через несколько часов.

С рассветом на оставленные траншеи и блиндажи, бурную деятельность в которых имитировали команды охотников и чучела, обрушился ливень вражеских снарядов. Японские артиллеристы, дождавшись наконец нового транспорта с боезапасом, торопились отыграться за свое вынужденное недельное бездействие.