Из западни

Причем потребуются еще особые машины, возможно электрические, для того чтобы обеспечивать частое изменение режима хода с переднего на задний… Конечно, Дмитрий Иванович, я помню вашу пояснительную записку.

Недавний опыт «Ермака» показал, что паковые льды для ледокола водоизмещением меньше двадцати тысяч тонн могут оказаться не по силам. Да и мощность его машин должна быть выше многократно. Нужны и специальные типы судов, способные вместе с такими ледоколами вести навигацию во льдах, обеспечивая проводку караванов обычных торговых пароходов.

Причем чем они будут крупнее, тем скорее будет получена финансовая отдача от этого проекта. Вот почему я сказал о пропускной способности канала для судов размером в фантастические пятнадцать тысяч тонн. Пока фантастические… Кстати, в свете грядущих задач, у меня к вам, Дмитрий Иванович, есть просьба.

– Все что потребуется, государь, я готов!

– Для начала, Дмитрий Иванович, прошу вас выступить инициатором в примирении со Степаном Осиповичем. Ваша размолвка слишком дорого может обернуться стране.

Я этого просто не могу допустить. И вы, и адмирал Макаров – наши звезды первой величины. Мне бы очень хотелось, чтобы вы вместе освещали нам путь во мраке полярных ночей, а не пытались затмить друг друга. Мы договорились? Вот и прекрасно. Я перешлю ваше письмо в Артур с моим личным адъютантом.

Как вы понимаете, господа, Северный канал и Ледовый путь – это лишь два кирпичика в фундаменте полного фактического права независимой внешней морской торговли Российской империи.

Но она будет процветать, если поддерживается мощным военно-морским флотом, присутствующим во всех океанах. Эта цель завещана нам Петром Великим. И сегодня Россия способна ее достичь. Но сперва придется решить проблемы государств-пробок, подпитываемых британцами. Это Япония и Турция. Контроль над Корейским и Сангарским проливами на Дальнем Востоке, как и проливами черноморскими, важнейший приоритет внешней политики на ближайший период. И военного строительства. Мы обязаны найти такое решение спорных моментов с Великобританией, чтобы англичане перестали препятствовать России в краеугольных для нас вопросах.

Понимают наши устремления к проливам и французы. И они, судя по всему, от таких перспектив не в восторге. Как я уже говорил, запрос в Париже относительно кредита в этом году повис в воздухе. Господин Витте, уверявший меня, что с господином де Ротшильдом и прочими французскими банкирами он решит любые проблемы, вернулся ни с чем.