"
"– Все правильно, – кивнул Светлов. – Так было задумано. Когда мы только начинали путь, я был хромым и сухоруким. Это потом уже мой парень вылечил руку, а его друг – ногу. Но охотники до сих пор считают, что я увечный.
– Хитро рассчитано, – засмеялся Витко. – Ведь и нам весть пришла, что ты совсем не боец.
– Наши спутники отстали, вот и приходится изворачиваться. Как говорил один русский поэт:
Молчи, скрывайся и таиИ чувства, и мечты свои.Ф.Тютчев
– Куда же вы теперь путь держите?
– За тридевять земель, в тридесятый хрон.
.. то бишь царство. Меч может находиться на родине одного из слуг Денницы, который и заманил Святогора в ловушку.
– А ежели Финиста и там нет?
– Пойдем дальше. Единственное, что меня беспокоит: как «эсэсовцам» и «чекистам» – тем самым черным копьеносцам – удается нас выслеживать? Ведь никто не знает точных координат нашего выхода в других мирах Веера.
Витко и Веселин обменялись взглядами. Речь Светлова изобиловала терминами, которых они не знали и знать не могли, тем не менее, судя по всему, они его вполне понимали.
С другой стороны, если бы Ростислав знал, что лингвер способен работать в обратную сторону, то есть переводить его речь, собеседникам было бы легче. Однако он этого не знал и продолжал разговаривать на современном русском, изредка вставляя всплывающие в памяти древнерусские слова.
– К сожалению, кроме наших наблюдателей за обстановкой на Олирне следят и злоглазы, – сказал Веселин, огладив бороду ладонью. – Особое внимание они обращают на вооруженных людей.
А ты вооружен, меченоша, это сразу видать. Твой меч «коси-трава» звенит, этого не скроешь.
– Меч у меня появился недавно. А остальное оружие спрятано.
– Тебе только кажется, что спрятано, а опытные злоглазы легко определяют, с чем идет человек.
Ростислав сгорбился, следя за язычками огня.
– Может, и прав Сеттутеп... пора менять имидж оруженосца... Но и без оружия шастать по Шаданакару стрёмно.
Сотники промолчали.
Посидев еще немного у костра, Ростислав сходил в лес, полюбовался на крупные звезды, слагавшиеся в незнакомые созвездия, и пошел спать.
Наутро сотня тронулась в путь, когда еще по лугам и низинам стлался туман. Решили, что дружинники проводят гостей до Огнь-реки, а там они вызовут Вольха и дальше отправятся без охраны. Кто такой Вольх, уточнять не стали, а сотник не спрашивал.
Будимир выглядел бледноватым, но чувствовал себя бодро и был готов к новым подвигам.
