Когда прекращаю, периферийным зрением улавливаю за спиной движение. Резко оборачиваюсь и застываю при виде Йемрена… полностью обнаженного!
Я, конечно, знала, что он классически, по-мужски красив, но сейчас северянин как никогда напоминает то ли античного бога, то ли викинга, то ли самого Тора.
Широкоплечий, с узкими бедрами и мощной мускулатурой, он каждым движением излучает уверенность. Принц совершенно не стесняется своей наготы, будто это некая разновидность одежды.
Я впервые вижу в реальной жизни раздетого мужчину, и настолько впечатлена картиной, что не сразу догадываюсь отвернуться.
Успеваю заметить необычную деталь: котомку, ремнями пристегнутую к груди, из которой он достает свою одежду и…
Только тут до меня доходит, что я по сути подглядываю. Резко отворачиваюсь и запоздало жмурю глаза.
— Ты в порядке, ирэя? Не ушиблась? — интересуется дракон.
Хотя в голосе сплошная забота, я воспринимаю вопрос, как издевку. Похитил. Протащил в своих лапах черт знает сколько сотен километров, чуть не довел до инфаркта, а теперь осведомляется о самочувствии!
— Ты… — собираюсь крикнуть ему, что он не имел права меня похищать, но из горла вырывается лишь сипение, и я захожусь кашлем.
Поднимаюсь с травы, отряхиваюсь. Глаза слезятся от пуха, голос сорван — чувствую себя жалкой, беспомощной пародией на саму себя. Йемрен, приблизившись, — к счастью, уже в одежде! — деловито осматривает мои ладони, — видимо, проверяет на занозы, — и при этом упрекает:
— Зачем ты кричала, дуреха! Теперь придется лечить себе голосовые связки.
У нас нет на это времени. Надо успеть поговорить с доктором Бэллом до того, как… — он бросает тревожный взгляд в небо, но я не даю отвлечь себя от главного.
— Как ты посмел меня похитить? — шиплю, воинственно выдернув ладони. — Ты разлучил меня с волкодавом!
При одной мысли об этом из глаз брызжут слезы, а этому толстокожему хоть бы что! Он небрежно пожимает плечами:
— Недолгая разлука лишь укрепит вашу связь.
— Зачем мне укреплять связь на расстоянии? Чтобы сильнее по нему тосковать?! Пес нужен мне рядом! — от избытка чувств всплескиваю руками.
— Он скоро тебя найдет. О чуйке волкодава слагают легенды.
— Почему ты хотя бы не предупредил о своих планах? — перехожу на его главный косяк.
— Для того, чтобы получать от меня предупреждения, ирэя, — его охровые глаза вдруг темнеют до насыщенного янтаря, — со мной надо хотя бы разговаривать. Не находишь?
На слове «разговаривать» он делает акцент.
