Он же не ревнует, так? Взрослый мужчина, сам предложивший подобие свободных отношений, не может ревновать.
Да?
– Опять ты много думаешь, малышка. Прекращай.
Влад забирается в пустую ванную, облокачиваясь на спинку. Он не снимает тёмные боксёры, и от этого немного легче. Смачиваю полотенце под тёплой водой и наклоняюсь над мужчиной.
– Так тебе будет неудобно. Сядь на меня сверху.
– Влад…
– Просто поможешь, Ди, ничего большего.
Слабо верю в слова этого волка, но всё-таки забираюсь к нему. Мы сидим в пустой ванной, и это жутко странно.
Я упираюсь в его грудную клетку. Такую горячую, часто вздымающуюся. Касаюсь лба тыльной стороной ладошки.
– Что ты делаешь?
– Проверяю, нет ли жара.
– Значит, ты признаешь, что я горяч?
– Будешь смущать меня – пускай кровь тебе смывает Захар.
– Знаешь, зеленоглазка, ты очень жестокая. В самое сердце ранишь. Вот прям сюда.
Мужчина ловит мою дрожащую ладонь и прижимает к себе. Кажется, я отчетливо могу различить стук сердца. Как оно размерено бьётся под рукой, пока его обладатель укладывает ладони на мою талию.
Тянет ближе, роняет меня на себя.
Хочу возмутиться, но утыкаюсь губами в его шею. И все слова застревают в горле. Оставляю короткий поцелуй на сжатой челюсти, потому что мне так хочется. И ещё один, чуть выше, потираясь о колючую щетину.
Они всё время меня касаются, лапают, прижимают. Почему я не могу сделать этого же?
Веду пальчиками по застывшим мышцам. Каждый изгиб словно высечен искусным скульптором.
Влад весь такой огромный, мощный. Немного пугающий той силой, что скрывается за загорелой кожей.
И красивый. Какой же он красивый, до чертиков и сбитого дыхания. Мне кажется, что в других обстоятельствах я могла бы безответно влюбиться в него и вздыхать по ночам. Мне кажется, что это может случиться и сейчас.
Так легко потерять грань с реальностью, когда он смотрит на меня. Жадно, голодно. За каждой реакцией следит, особенно, когда пальцами оттягивает резинку штанов. Не ныряет глубже, не давит.
Медленно ведёт по грани, а мне так хочется, чтобы он сам толкнул. Сделал этот выбор за меня, а после не позволил пожалеть.
– Болит?
Откидываюсь на ноги Влада, которые тот согнул в коленях. Своеобразный стульчик, горячий и обворожительный. Касаюсь раны, покрывшейся корочкой. Быстро заживает, слишком. Порез тянется от косых мышц до ребер.
– Если поцелуешь – станет легче.
– Для начала тебя нужно от крови отмыть. Я Избранная, а не вампир.
