Что мешало просто сказать нам, что тебя бесят деньрожденьевые подарки, в которых есть хотя бы намек на Рождество? — с присущей ей прямотой рубанула Шони.
— Ну да, я тоже не понимаю! — подхватила Эрин. — Почему бы не сказать друзьям?
— Ну… это… — промямлила я.
— Нам казалось, что снеговики это мило, а ты, оказывается, ненавидишь их точно так же, как остальные рождественские символы, — витиевато упрекнул меня Дэмьен.
— Я не ненавижу рождественские символы, — сгорая от стыда, выдавила я.
— А я так люблю шары со снегом! — жалобно пролепетал Джек, и мне показалось, что он вот-вот расплачется.
— Мне так радостно смотреть, как в них падают снежинки!
— Выходит, Хит знает тебя лучше, чем мы все, — голос Эрика звучал холодно и бесстрастно, но я-то видела, что глаза его потемнели от горечи и обиды, и у меня даже живот разболелся от сопереживания.
— Постой, Эрик, это не так! — быстро воскликнула я, бросаясь к нему.
Но он отстранился от меня, как от прокаженной, и это оказалось последней каплей.
Они что, сговорились, меня бесить? Разве я виновата в том, что Хит знает меня с третьего класса и давным-давно просек тему с моим несчастным днем рождения? Что странного в том, что он знает обо мне больше, чем мои новые друзья? В конце концов, так и должно быть, ведь я живу здесь всего два месяца! А с Хитом мы прожили бок о бок целых семь лет, ходили в одну школу и целых два года встречались! Как можно сравнивать семь лет и два месяца? И вообще, почему все кругом считают меня виноватой?
Я нарочито театральным жестом поднесла руку к глазам и посмотрела на часы.
— Ровно через пятнадцать минут я встречаюсь с бабушкой в «Старбаксе» на площади Утика. Мне пора. — С этими словами я гордо прошествовала к двери, но на пороге обернулась и посмотрела на моих растерянно застывших друзей. — Я не хотела вас обидеть. Мне очень жаль, если письмо Хита вас расстроило, но я тут абсолютно не при чем. И еще, это неправда, что я никому не говорила о том, что мне не нравится, когда мой день рождения превращают в Рождество.
Я говорила Стиви Рей.
ГЛАВА 3
В «Старбаксе» на площади Утика, на территории открытого торгового центра, расположенного на другом конце улицы, ведущей к нашему Дому Ночи, было полно народу. Понятно, что вечер выдался непривычно теплым для зимы, но все-таки надо и честь знать! На календаре — двадцать четвертое декабря, на часах — девять вечера.
