Зачем ты разыграла этот спектакль? Неужели ты не понимаешь, что сделала мне больно? Я поверила, будто ты приехала сюда ради меня, а ты всего лишь выполняла приказ Джона! Зачем ты так поступаешь со мной?
— Хорошая жена должна во всем покоряться своему мужу, — изрек Джон.
Наверное, надо было сказать ему, что он несет шовинистский, оскорбительный и тупой бред, но я решила не тратить силы попусту. Ему же как об стенку горох!
— Катитесь вы к черту, Джон!
Тут в разговор вступила бабушка. Голос ее был полон грусти, но звучал непреклонно.
— Линда, мне очень жаль, что ты слепо исповедуешь веру, основанную на том, что иное — всегда зло.
— Ваша дочь нашла бога, и обошлась без ваших поучений! — огрызнулся Джон.
— Нет. Моя дочь нашла вас, только и всего. Мне грустно об этом говорить, но моя Линда никогда не любила думать самостоятельно. Теперь за нее думаете вы. Но мы с Зои предлагаем вам обоим поразмышлять вот над чем, — продолжая говорить, бабушка протянула мне горшок с лавандой и первое издание «Дракулы», а потом решительно потянула за локоть и вытащила из-за стола.
— Мы живем в Америке, а это значит, что вы не имеете права думать за всех нас. Линда, я совершенно согласна с Зои. Если ты когда-нибудь очнешься и захочешь повидать нас потому, что любишь такими, какие мы есть, позвони мне. А если нет, то я больше и разговаривать с тобой не хочу! — Бабушка на миг задержалась и презрительно кивнула головой на Джона. — Что касается вас, то я вас знать не знаю и слышать о вас не желаю!
Мы пошли прочь, но в спину нам ударил полный злобы и ненависти голос Джона:
— О нет, вы еще услышите обо мне! Очень скоро услышите! Вы даже не представляете, сколько вокруг добрых, порядочных, богобоязненных людей, которые устали мириться с вашим злом и считают, что пора положить ему конец! Довольно! Мы больше не желаем терпеть рядом с собой служителей тьмы! Запомните мои слова… Вам уже недолго осталось ждать… Близко время искупления…
К счастью, вскоре его завывания остались позади.
Я уже совсем было приготовилась залиться слезами, как вдруг услышала, что моя добрая бабушка свирепо ворчит себе под нос:
— Нет, это просто никакого терпения не хватит! Макака поганая, иначе не скажешь!
— Бабушка!
— Ох, Птичка Зои, неужели я вслух назвала мужа твоей мамы поганой макакой?
— Именно.
И довольно громко.
Бабушка посмотрела на меня, и в глазах ее запрыгали веселые искорки.
— И поделом!
ГЛАВА 4
Бабушка сделала все, чтобы спасти хотя бы остаток моего дня рождения.
