Однако стоит только ему поставить меня на дорогу, как ушибленная коленка мигом даёт о себе знать. Ногу пронзает острая игла боли, и я, не выдержав, шиплю сквозь зубы, медленно выдыхая воздух.
– Моя маленькая лгунья, – укоризненно отвечает Райвэл, поднимая лежащий на дороге камзол и набрасывая мне на плечи. – Дай, посмотрю.
– Не надо! – обхватываю себя руками, греясь под тёплой одеждой, и пытаюсь отступить, но больная нога подкашивается, к сильному недовольству лорда Саттона.
– Не спорь со мной, Грейс, – в драконьем голосе прорезается сталь, а черты лица угрожающе заостряются.
– Ты не лекарь, – слабо возражаю, понимая, что без помощи мне не обойтись.
Я и шагу ступить не могу, не то, что дойти до кареты. Значит, придётся проглотить гордость и позволить Райвэлу позаботиться обо мне.
“Проглотить гордость, как же,” – ехидно хмыкает подсознание.
Тяжело вздыхаю и закусываю губу, когда мой муж аккуратно оттягивает края порванного чулка в стороны, чтобы осмотреть пораненную коленку. Его прикосновения такие нежные и заботливые, что мне становится не по себе.
Сердце учащённо бьётся, когда он касается моей кожи, пытаясь определить степень повреждения.
– Всё в порядке, правда? – не выдержав, я первой прерываю молчание. – Ерунда же?
Лорд Саттон тянет с ответом. Серьёзный взгляд пристально изучает рану, и я замечаю, как его брови хмурятся от тревоги. Сильные пальцы аккуратно ощупывают повреждённую ногу, а я затаиваю дыхание, стараясь сдержать вздох от боли.
– Могло быть и хуже, – наконец, констатирует дракон.
Не думая ни секунды, он снимает с мизинца левой руки перстень с чёрным бриллиантом и полосует острым краем по тыльной стороне ладони.
– Райвэл! – испуганно пищу, глядя на длинный порез, из которого начинает сочиться тягучая кровь.
Запоздало понимаю, что он задумал: драконья кровь, отданная добровольно, это лучшее лекарство для заживления любых ран. Правда, её используют лишь в самых тяжёлых случаях. Потеря даже пары капель серьёзно бьёт по драконьему здоровью.
– Тише, Грейси, – мягко улыбается лорд Саттон, поднимая на меня сапфировые глаза, и прикладывает окровавленную ладонь к моей повреждённой коленке.
В ту же секунду пульсирующая боль ослабевает. Кровь алмазного дракона очищает рану, заживляет кожу, и через несколько минут лишь порванный чулок напоминает о произошедшем.
Райвэл не без усилий поднимается на ноги. Загорелое лицо выглядит серыми и измождённым, но он упорно делает вид, что ему всё нипочём.
