— Виола задрала подбородок, а я выпучила глаза от такого. Она общалась так, словно не была на много лет старше и опытнее меня. Только сейчас я поняла, чем отличалось ее поведение. Вроде все такая же воинственная и умная тетя Виола, но более порывистая.
— А сколько тебе сейчас лет? В моем мире тебе через два года должно исполниться сто, но сейчас ты ведешь себя как… — я замолчала на пару секунд, пытаясь подобрать безобидное слово. — Как подросток.
Щеки Виолы заалели, а Вильям начал добродушно смеяться.
— Видимо, в твоем мире, деточка, что-то заставило мою сестру все же повзрослеть.
В этом она этого делать никак не желает.
Смешок, чуть было не сорвавшийся с моих губ, испарился. В горле начало першить, а в груди печь. Кажется, я поняла, о чем говорил Вильям, даже сам того не подозревая. Именно его казнь, а перед этим ужасная секта мятежников и могли сделать из моей любимой тети жесткую серьезную женщину.
— Значит, что-то такое было… — Дедушка серьезно кивнул, раздумывая, а Виола взмахнула руками, чуть не выронив колбы и книгу.
— Ты все еще ей веришь?
— Чью кровь ты проверила?
— Что?
— Чья кровь там, — он кивнул в сторону блюдца, — Арины или Кириана? Или ты вообще принесла чью-то чужую?
— Да за кого ты меня держишь! — ахнула она. — Это кровь… кровь… Я не помню, чья именно это кровь. Кажется, я перепутала колбы, — растерянно прошептала она.
— Давай тогда проверим вторую. — Тен Вильям мягко забрал колбы и книгу из рук своей сестры, а затем опять проделал ритуал.
Я на всякий случай дала ему палец, который протыкали самым первым, но капельки на блюдце опять расползлись в разные стороны. Я сжала зубы плотнее, мужчина же отставил колбу в сторону.
— Дай мне теперь хотя бы средний палец, а то на твой указательный уже смотреть больно.
— Зачем?
— Ты не заметила, что ли? Виола перепутала колбы. Я не знаю, с какой она уже проводила ритуал, а с какой нет. Так что…
Я не дослушала, протянула ему средний палец, а дедушка начал читать заклинание, после которого алые капли еще быстрее, чем это было с кровью тена Вильяма, направились друг к другу.
— Что это значит? — опасливо спросила Виола, которая все это время стояла за нашими спинами и, сложив руки на груди, громко пыхтела.
— Сейчас проверим. — Вильям опять поменял пластину, капнул на нее из второй колбы, затем проткнул собственный палец и начал произносить заклинание. В этот раз он читал его уже даже не по книге, видимо выучил за столько попыток.
