— Мы ничего такого еще не проходили, — зашептала я и, усадив на маму на кровать, позвала горничных.
Как-то мы сразу о них не подумали и не вспомнили.
Нужна вода. Тёплая.
О Боги всех миров, а что же ещё нужно?
Мама вскрикнула, и в этот момент в покоях засветился перламутром портал и из него вышли взволнованные Кириан и Люк.
— А… где… — закончить я свой вопрос не успела, в помещении появился ещё один портал, из него вышел мужчина, а следом за ним женщина. Повитуха, с запозданием поняла я.
— Все, Лея, пойдём.
— Люк подошёл ко мне и обнял за плечи. — Мы сделали все, что могли, теперь нам осталось только ждать.
Повитуха очень бодро принялась руководить горничными. Маму начали готовить к родам, а отец сел в изголовье кровати и начал крепко сжимать ладонь мамы, шепча в этот момент что-то ей в висок.
— Пойдём. — Люк потянул меня ещё раз, и я его послушала. Ноги словно одеревенели и никак не хотели слушаться меня, но я все же сдвинулась с места, понимая, что мы здесь только мешаем.
Как только мы вышли за двери спальни, Люк попытался меня увести дальше, но я нахмурилась и по-королевски опустилась на диванчик.
Пока с моей мамой и сестрёнкой или братиком не будет все в порядке, я и с места не сдвинусь.
Следующие полтора часа прошли в настоящем сумасшествии, несмотря на то что маминых криков больше не было слышно. Люк окутал меня пологом тишины, но я все равно вздрагивала каждый раз, когда Архимаг морщился. Он-то все слышал, и по его мимике я понимала, что ничего хорошего там не происходило.
Когда заплакал младенец, я не поверила собственным ушам.
— Как? Ты снял полог? — ахнула я и подскочила, все ещё размазывая слёзы по щекам."
"— Да, Арина перестала кричать, твой брат или сестра здорово заплакали. Я думаю, теперь нам пора. — Люк поднялся следом за мной и приобнял меня, я же вывернулась.
— Постой, я посмотрю, все ли хорошо.
— Только помни, Лея: они не знают, что ты их дочь, — серьезно произнес он с болью во взгляде, я же даже кивать не стала, просто обернулась и побежала в спальню обратно.
Новорожденный младенец уже притих у внимательного отца на руках. Арина же, слишком бледная, любовалась на своих мужа и ребёнка издали. А вот лекарь что-то беззвучно шептал и, судя по всему, был чересчур напряжен, по его лбу стекал капельками пот, и мне стало не по себе.
— Что происходит, тен? — Я не знала, как его зовут, надеялась, его проймёт мой повелительный тон. Но нет. Мужчина лишь снисходительно глянул на меня и отвернулся.
