— Что ж ты делаешь, девочка моя…
Вместо ответа я ухватила его за футболку и вновь потянула к себе, не сочтя нужным ответить. Я сама до конца не понимала, что делаю и зачем, Саша же сказал, чем может обернуться мое сумасбродство. Но отпустить его сейчас было выше моих сил. Тихо зашипев, он легко перехватил мои запястья одной рукой, завел за голову и прижал к подлокотнику, и от острого ощущения беспомощности я едва не задохнулась — эмоции плеснули горячей волной, заставив прогнуться. Изгиб шеи обжег поцелуй, ничуть не нежный, зубы чувствительно прихватили кожу, словно ставя на мне метку, и тут же отпустили, язык медленно прошелся по укусу, рассыпая колкие мурашки.
На несколько мгновений перед глазами потемнело от вспышки ощущений, и словно издалека я услышала короткий, тихий стон. До меня не сразу дошло, что это — мой собственный. А в следующий момент ладони Саши стремительно скользнули под мой свитер и одним движением задрали его, сдернув к поднятым рукам. Еще мгновение, и мои запястья оказались спутаны одежкой, а лицо Ала с хищной улыбкой — в нескольких сантиметрах от моего.
— Не опускай руки, — шепнул он тем же хриплым голосом, и медленно провел ладонями обратно вдоль тела, не сводя с меня горящего взгляда."
"Я прикусила губу, тихо всхлипнув, по телу прошлась волна жара от прикосновений, от шеи до самых кончиков пальцев на ногах. Кожа стала слишком чувствительной, реагируя огненными вспышками, к низу живота стекали горячие змейки, отчего между ног все тяжело пульсировало и изнывало от желания.
А Сашка снова наклонился уже к моей груди, прихватил губами напряженный, ноющий сосок прямо через кружево белья и пощекотал языком. Короткая молния удовольствия заставила судорожно вздохнуть, а потом громко охнуть, когда твердую вершинку аккуратно сжали зубы, добавив совсем чуть-чуть сладкой боли. Лишь краем сознания я отметила, что ловкие пальцы уже уверенно расстегивают джинсы, то и дело легонько дотрагиваясь до животика, отчего я вздрагивала и ежилась.
Между тем, мой демон отодвинул языком край бюстика, высвобождая стреляющую острыми вспышками горошину, и губы захватили в жаркий плен, мягко втянув и заставив выгнуться навстречу. У меня вырвался тихий возглас, а перед крепко зажмуренными глазами поплыли разноцветные круги. Несколько упоительных мгновений я плыла в невесомости, захваченная яркими переживаниями, растворяясь в эмоциях, а Саша, последний раз пощекотав раздразненную вершинку, переместился ниже.
