К тому же под грудью вновь качнулся нехороший всплеск, потому, чтобы избежать неприятных неловкостей, я опустилась обратно на подушку. Всё это время Ингюс наблюдал за мной с выражением острейшего любопытства на лице. Становилось даже немного не по себе от столь явного его желания изучить меня, словно диковинную вещь. А тои разобрать на части, чтобы разглядеть ещё лучше.
Услышав наш разговор, Лелия и Финли тут же встрепенулись, заторопились ко мне: помощница — подать воды и спросить, как я себя чувствую, лекарь — в короткий срок влить в меня как можно больше снадобий.
Пришлось успокаивать их, чтобы они поскорее поумерили свой пыл.
Финли всё же удалось напоить меня каким-то совершенно отвратительным отваром, от горечи которого даже язык чуть онемел. Лелия принялась распутывать мои волосы и убирать их в косу, явно смущаясь Ингюса, который даже с места не сдвинулся. Так он вряд ли сумеет меня излечить, зря Атайр его позвал.
Да и вообще — зря.. Только представить, каких усилий ему стоило перешагнуть через свои предубеждения и обратиться за помощью к тому, кого он терпеть не мог и к кому относился с глубочайшим подозрением.
Наконец первая волна рьяной заботы схлынула. Лелия убежала докладывать принцу и отцу о том, что я пришла в себя, а Финли отошёл в дальний угол комнаты, чтобы разлить недавно приготовленное снадобье в пустые бутылочки. Похоже, терпеть это премерзкое питьё придётся ещё довольно долго.
— А ты хорошо держишься. Даже не поморщилась, когда пила лекарственный отвар, — наконец снова заговорил Инпос.
И даже встал, чтобы подойти ближе. Сегодня он выглядел неуловимо иначе, не так, как раньше. Появились в его поведении, движениях и облике явные черты непростого происхождения, которое теперь он не считал нужным скрывать.
— Жалобы и капризы не помогут мне излечиться, ведь так? — Я невольно посмотрела на дверь. — И прошу. Впредь обращаться ко мне соответственно.
Лекарь приподнял брови и неспешно опустился на край моей постели. Пальцами обхватил подбородок, приблизил лицо к моему, внимательно всматриваясь в глаза.
Чуть шершавой подушечкой пальца провёл по скуле.
— Да, прошу прощения. Я порой забываю, что вы будущая королева. — Он усмехнулся. — Как резко всё изменилось. Вы выглядите сейчас гораздо лучше, чем утром. Признаться, в какой-то ми я испугался, что спасти вас не удастся.
— Да, вы были бледнее простыни, — вставил Финли из своего угла. — Его высочество почти не отходил от вас. Очень переживал. Но ему нужно готовиться к коронации.
