Если многие знания и память о Старых богах в моей родной Вархассии с каждым годом становились всё более размытыми, то о тёмных богах там и вовсе предпочитали не говорить. Хоть о богине фоморов Домну я всё же слышала не раз. И кто бы мог подумать, что именно в Глиннхайне найдутся те, кто поклоняется ей. Будто светлых богов людям мало! Они, между прочим, тоже порой требуют кровавых жертв.
Но уж в борьбу королевского рода с домнитами мне точно лезть не стоило: и других забот хватит надолго. Потому я не стала пытать слугу дальше, и он быстро проводил меня прямиком к моим покоям.
Всё же, чтобы добираться до них уверенно самой, мне ещё придётся прожить в Сеохе достаточно долго.
Я вошла в покои, твёрдо собираясь просидеть там до самого вечера, чтобы ни с кем уже не встречаться до следующего утра. Впечатлений и разговоров — приятных и не очень — мне хватит, кажется, надолго. Но за всеми заботами и беготнёй я и не заметила даже, как подошло время обеда.
— Его величество передал, что вам обязательно нужно явиться, донья, — торжественно сообщила мне Лелия.
Она, кажется, вовсе не была озадачена моим затянувшимся возвращением с прогулки. Ещё наверняка успела наслушаться сплетен прислуги о нас с Атайром — потому-то у неё сейчас столь загадочный и довольный вид. Будто сладкий крендель с кухни стащила, честное слово.
Я только и успела, что присесть ненадолго да переодеть платье. Затем уже знакомой дорогой в неизменном сопровождении служанки спустилась в столовую и едва удержалась от того, чтобы закатить глаза, когда увидела за столом сидящего по правую руку от Каллума принца Атайра.
Не успела соскучиться, надо признать!
Отец вперился в меня, явно подгоняя взглядом, и я, почтительно поклонившись его величеству, прошествовала за стол.
Трапезу мы начали довольно мирно, если не считать того, что мы с Атайром всячески избегали встречаться даже взглядами, что, кажется, немного злило отца. Но, позволив гостям немного насытиться, его величество Каллум слегка откинулся на спинку своего кресла и обвёл всех взглядом.
— Ваша светлость, — зычно обратился он к отцу. — Я ещё раз обдумал ваше предложение свести в союзе вашу дочь Тавиану и моего сына Атайра, — каждое его слово падало на голову, словно маленький камешек. — И я не вижу больших тому препятствий.
И как отец ни пытался скрыть явственно проскользнувшую по губам улыбку, всё равно не смог. Зато его высочество, похоже, даже зубами скрипнул, покосившись на отца.
