Обведя большим пальцем скулу, мужчина наклонился ко мне медленно, давая возможность отступить, а потом приник к губам жгучим, потрясающим поцелуем. Я забыла, как дышать, хотя даже если бы вспомнила, не смогла бы вздохнуть. Артиан целовал умело, сладко, властно. Он будто знал, что я не отстранюсь, не отвечу пощечиной, не заставлю его сейчас же жениться на мне. И это чувство абсолютной безнаказанности опьяняло нас обоих. Я терялась в собственных ощущениях, робко и наивно прижимаясь к мужчине, обхватывая ладонями его плечи, и наслаждаясь властными движениями чужого языка, которому приходилось каждую секунду давать отпор — неумело, но со всей страстностью, на которую была способна.
Артиан настойчиво сминал губы и прижимал меня ближе, не оставляя и шанса на сопротивление. Да и было ли оно?..
Когда он отстранился, мне показалось, что прошла целая вечность, в которой я успела прожить одну маленькую, но яркую жизнь.
Глава 15.2
— А вот и наказание, студентка Виарог, — прошептал Артиан и его тон стал серьезнее: — Сегодня ты заставила меня сильно ревновать и беситься от собственного бессилия.
Эти чувства я не испытывал очень и очень давно, а может быть — никогда.
— Ревновать? — переспросила я, чувствуя бешеное сердцебиение.
— Кажется, я сказал лишнего, — с шальной улыбкой протянул Артиан, но по-прежнему не выпустил меня из объятий. — Как ты?
— Забыла, как дышать, — ляпнула первое, что пришло в голову, и проследила за искорками радости, зажигающихся в синих глазах.
— Что же нам тогда делать? Я бы не хотел когда-нибудь потерять невесту из-за простого невинного поцелуя.
— Невинного? — возмущенно произнесла я. — Да как у вас язык поворачивается говорить такое…
Я осеклась, так как на словах «поворачивается язык» я представила очень четкую картину, в которой ректор опять меня бессовестно целует, а я не менее бессовестно ему отвечаю.
— Мне приятна твоя реакция, Олиента, — посчитал нужным сообщить Артиан и усадил меня на диванчик, стоящий справа от входа, — но я спрашивал в общем о твоем состоянии, а не конкретно о нынешнем.
Он по-прежнему не отстранился, находясь слишком близко. Интересно, что побудило его поцеловать меня? Чувствует ли он что-то ко мне? Но поцелуй, такой сладкий и чувственный, до сих пор горел на губах. Его поцелуй — просто игра или все же что-то большее?
— Я немного в смятении, — ответила честно. — Вы уже знаете, почему я участвовала в отборе?
— Депеша от короля, — ответил ректор задумчиво и взглянул в окно.
