Даже программа первого курса мне казалась легкой после той подготовки, что устроил мне Эфиар. От того милого и терпеливого парня, что помогал мне с основами магии, не осталось и следа. Теперь у меня был жесткий и бескомпромиссный учитель, который не прощал ошибок.
После того, как на балу объявили о нашей помолвке с Артианом, об этом написали во всех газетах. Чего только обо мне не говорили: соблазнила, вскружила голову, шантажировала. Лишь изредка мелькали робкие предположения о взаимных чувствах между обрученными.
Масло в огонь подливал обряд единения, связавший меня с его высочеством. О нашей троице в народном творчестве слагали самые бесстыдные небылицы, а уж карикатуры и картины вовсе нельзя было видеть приличным эвиарам… Но не смотря на то, как меня это раздражало, поделать с этим ничего не могла, оставалось лишь смириться.
Ох, а что творилось в академии, едва узнали, что ректор обручен, а главное — с кем! Мне в буквальном смысле не давали прохода, шептались, спрашивали в лоб.
Говорить о реакции Сарготерри вовсе не стоит: он был раздавлен, раздосадован и взбешен. Говорят, их помолвка с Панветти висела на волоске."
"Но после того, как я случайно встретила Артиана в холле, налетев на него, слухи улеглись. Просто в тот момент ректор придержал меня за талию на глазах у почти всей академии, улыбнулся и попросил быть более осторожной. Поговорив со мной от силы три минуты, он отмел все сплетни, пересуды и прочие домыслы: теперь даже фавор-клуб ректора был на моей стороне.
Как сказала знакомая Дари, мою кандидатуру одобрили в качестве невесты ректора, увидев, как он смотрит на меня.
«Но испытания на роль жены придется еще пройти», — хихикнув, добавила Дари.
Пожалуй, истина в её словах была. Но сейчас буквально все привыкли к моему новому статусу. Сначала пытались поддевать тем, что все мне достается легко из-за связей, но по причине моей усердной учебы и эти слухи сошли на нет.
Огорчало меня только одно: с Артианом мы не виделись. Я готовилась ко второму этапу Турнира, как и ректор.
Еще мне кажется, что он избегал меня, чтобы не компрометировать. Ведь теперь, после объявления о помолвке, к нам было обращено более пристальное внимание.
На место Иветты, кстати, приняли женщину лет пятидесяти с приятной внешность и главное абсолютной заинтересованностью в работе. В общем, академия жила своим чередом, перемалывала косточки и распускала слухи, отпускала их и искала новые идеи для сплетен.
