Избранница принца Ночи

Ладно, посмотрим, как там дела, раз уж столь срочно пригорело.

Спустя пару секунд, Саша скрипнул зубами и выругался.

— Опять, да? — вздохнула Диана.

— Да! — процедил жених, поднимаясь с постели.

— Завтра после работы едем к врачу, — постановила она.

Саша закрыл глаза, будто о чём-то глубоко задумался. Прошёлся до балкона и обратно, нервно сжимая и разжимая кулаки. Потом остановился и посмотрел на Диану так, что она перестала дышать.

— Не едем, — он обречённо помотал головой.

Сердце ухнуло как с обрыва. Почему не едем?!

— Саш, как это не едем? — полутревожным-полувозмущённым тоном спросила она.

— Диана... — его губы дрогнули. — Это не мой недуг. И не наш. Он твой!

— Ты нормальный?! — Диана вскочила с кровати и встала к нему вплотную. Лицом к лицу.

— Нормальный! — он подчеркнул это слово жирной линией.

Страшное осознание накрыло лавиной. Ноги подкосились.

— Я не выдержал и проверил! — выкрикнул он. — Да, проверил! И с другой девушкой у меня всё было как надо!

Диана зажмурилась и закрыла ладонями уши, чтобы не слышать всей этой мерзости.

Но жених схватил её руки, развёл их в стороны и безжалостно продолжил:

— Только с тобой у меня всё вянет! Понимаешь? А я так жить не могу! Не мо-гу! После сегодняшнего успеха воспрянул духом, думал, напасть прошла. Надеялся, что и с тобой всё получится. Но нет, снова тот же плачевный результат! Я не знаю, может, проклял тебя кто-то или сглаз какой-то... но принять меня ты больше неспособна.

Он отпустил её руки и, натягивая штаны, выдал финальный аккорд:

— Думай обо мне что хочешь, но я ухожу от тебя.

— Тряпка ты, а не мужчина, — выдавила Диана и без сил рухнула на кровать.

— Ничего, найдёшь себе другого, — циничным тоном продолжил он, застёгивая ремень. На её замечание словно бы внимания и не обратил. — Хотя... — пожал плечами. — Впрочем, как знать, может у кого-то с тобой и сработает.

Сказав это, он открыл платяной шкаф и стал вытаскивать свои вещи.

Диану трясло. Слёзы застилали глаза, кулаки в бессильной ярости сжимались так, что ногти впивались в кожу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Как она могла связаться с такой сволочью?! Лишившись возможности спариваться, он потерял всё человеческое, что в нём было. А было ли? Да плевать! Теперь уже плевать.

«Я тебя люблю» – да, он говорил эти слова, как бы дико теперь это не звучало.