Избранница принца Ночи

— А ты этого добиваешься?! — вопросила она. — Потому и стараешься давить как можно сильней?!

— Нет, — твёрдо возразил мужчина. — Я уже сказал, что всего лишь хочу, чтобы ты, раз уж остаёшься на отборе, проходила испытания честно.

Алиса тихонько то ли всхлипнула, то ли скульнула.

— Ну хорошо. Ладно то испытание в лесу. А сегодня-то что это было?! — её голос дрожал.

— И чем же, интересно, я провинился сегодня? — в тоне Эдварда послышались ироничные нотки. — Уж не тем ли, что ты подменила Каринино приглашение?! Я же видел, что ты вытащила конверт Макса.

О как! Оказывается, об Алискином подлоге он прекрасно знал, однако заговорил о нём почему-то только сейчас.

— Вытащила – теперь это так называется?! — возмутилась девушка. — Вы же специально велели слуге начать с Наташи, чтобы я оказалась последней!

— Конечно, — не стал отрицать Эдвард. — Все остальные тянули вслепую. Ты же могла почувствовать энергетику записок, поэтому тебе и не дали выбирать. Но по сути, та же воля случая – только чужими руками.

— Ничем. Просто очень захотелось попить чай с тобой, — кротко поведала Алиса.

— Но неужели ты правда не догадывалась, что это будет испытание? — Кажется, он тяжело вздохнул: — И если бы ты пошла к Максу, честное слово, легче было бы и тебе, и мне.

— Поэтому ты чуть не свёл меня с ума? Мстил, да?!

— Элис, не пори чушь! — разозлился мужчина. — Скажи лучше, какого чёрта ты даже не пыталась блокировать моё воздействие?

— Потому что не умею, — неохотно призналась Алиса.

— Как это не умеешь?! — опешил Эдвард. — Это же проходят ещё в восьмом классе, если вообще не в седьмом.

— Я училась в обычной школе, не в магической, — поведала она словно и вовсе через силу.

— Почему? — продолжал недоумевать мужчина.

— Мама считала, что в магической мне жизни не будет. Мой отец, он был обыкновенным человеком да ещё и без капли магических способностей. Когда мама собралась за него замуж, рассорилась со всеми родственниками.

— Вот, значит, почему род Миранских никому неизвестен – он вообще не из наших.

— У-уу... — протянул он. — Тогда могу только посочувствовать твоему отцу. Лазаревы всегда славились немереным снобизмом. Однако род очень сильный, — Диане послышалось в его голосе удовлетворение. — И способности у тебя должны быть отличные. А вот школа никакая. Кто тебя учил?

— Мама. Когда у неё было время.